Пережившие плен, семьи заложников и семьи погибших приняли этим вечером, 2 июля, участие в мероприятии, посвященном 1000 дням с начала войны Возрождения, которое прошло в Тель-Авиве, на Кикар ха-Хатуфим.
В ходе мероприятия, Ром Бреславски рассказал о своей борьбе после освобождения: «Для вас это тысяча дней, а для меня - целая вечность. Для меня это тысяча перевоплощений жизни, которые я пережил за эти тысячу дней».
«Моя личная война - война за восстановление и борьба с проклятой болезнью - посттравматическим стрессовым расстройством - продолжается каждый день. Каждая терапия - это слезы, во время которых я плачу и едва не теряю сознание. Я сделаю 7 октября делом всей своей жизни и никогда не забуду», - пообещал он.
«Пока я жив, я буду нести эту историю с собой и рассказывать ее везде, где смогу, и на любой площадке, которая мне будет доступна. В течение следующих тысячи дней и до конца своей жизни», - добавил Бреславски.
Эяль Эшель, отец погибшей наблюдательницы Рони Эшель, резко раскритиковал правительство и его главу, премьер-министра Биньямина Нетаньяху: «Есть один человек - Биньямин Нетаньяху. Единственное, что изменилось у него с 7 октября, - это то, что он похудел. Есть один человек - Бецалель Смотрич. Он утверждает, что именно благодаря ему заложники вернулись. Даже те, кто вернулся в мешках с телами. Есть один человек - Симха Ротман. Он утверждает, что у них была просто замечательная каденция. Есть одна женщина - Орит Струк, которая считает, что мы живем во времена чуда».
«И есть я - Эяль Эшель. Ровно тысячу дней назад моя жизнь остановилась. В одно мгновение мы превратились из счастливой семьи в семью, которая живет с раной, которая никогда не заживет. Семью, которая растит мертвую дочь. Как произошел самый большой провал в истории государства Израиль? Как была брошена на произвол судьбы целая страна? Как наших детей оставили сгореть заживо в огне этого провала?», - спросил он.
«Пока мы ищем ответы, есть те, кто пытается стереть это пятно. Когда Нетаньяху говорил, что мы в шаге от полной победы, он имел в виду победу над нами - над семьями погибших», - жестко добавил Эшель.
Обращаясь к своей убитой дочери, он сказал: «Моя Ронки, я обещаю тебе, что мы не будем молчать. Я обещаю тебе, что мы не позволим скрыть правду. Я обещаю тебе, что мы не позволим превратить твою смерть в главу истории, которую кто-то перепишет».