Бригадный генерал запаса Орен Соломон, руководивший боевыми действиями дивизии и назначенный главой группы по расследованию событий войны в дивизии «Газа», в интервью Аруц 7 прокомментировал выступление бывшего начальника генштаба Герци Ха-Леви на конференции организации «Шурат ха-Дин».
В начале беседы он выразил удивление самим приглашением Ха-Леви на представительную конференцию: по его мнению, это дает бывшему начальнику генштаба возможность обелить свои действия и снять с себя ответственность за провал, поскольку его представляют как ушедшего в отставку военачальника, а не как человека, ответственного за столь тяжелый провал. По словам Соломона, это напоминает о медали, которую Ха-Леви получил в США, и о намерении позволить Ронену Бару создать кафедру лидерства - инициативе, заблокированной после возражений родителей погибших.
Комментируя содержание выступления Ха-Леви, Соломон выделил несколько тем и согласился, что катастрофу 7 октября можно было предотвратить, причем возможности для этого существовали на протяжении многих лет. По его словам, это отмечено и в проведенном им самим расследовании: «Я указываю на ключевые моменты, когда можно было выявить подготовку ХАМАС к войне, но мы этого не сделали. Ответ на вопрос, почему так произошло, отчасти содержится в армейских расследованиях, а та его часть, которую замяли, - в материалах «Иерихонской стены».
Он заявил, что, если политическое руководство не раскроет содержание предупреждения «Иерихонская стена», он сделает это сам. По его словам, речь идет об «одном из крупнейших провалов в понимании противника и в вопросе ответственности тех, кто тогда занимал соответствующие должности. В 2018 году поступил план «Иерихонская стена - А», в котором говорилось: это стратегическое предупреждение, ХАМАС готовится к войне, и вот план войны, цели - штаб дивизии, населенные пункты у границы с Газой и в глубине территории, способы действий над землей и под землей, взаимодействие сил и многое другое. Не хватало только срока. Этот документ поступил в командование Южным военным округом. Командующим был Эяль Замир, и он ничего не сделал с этим документом, который убрали в архив. Начальник генштаба Айзенкот тоже ничего не сделал, хотя материалы поступили и к нему. Следовало также провести разведывательные мероприятия, но этого не сделали. Начальник аналитического отдела военной разведки рассказал, что материалы поступили и начальнику генштаба, и понятно, почему они доходят до всех высших эшелонов. Это не какой-то незначительный план. Речь не о заявлении, что ХАМАС хочет уничтожить Израиль, а о четко разработанном плане с целями, задачей, этапами и способом реализации».
По словам Соломона, материалы «Иерихонской стены» содержали и стратегическое предупреждение о войне: «В то время Замир, Айзенкот и тогдашний глава ШАБАК Надав Аргаман говорили премьер-министру, что ХАМАС сдержан, а Синвар прагматичен. На деле «Иерихонскую стену» не расследовали, и я на это указал. Комиссия Турджемана заявила, что для расследования нужно назначить генерал-майора, но с тех пор прошло уже 11 месяцев, а этого так и не произошло, чтобы не навредить Айзенкоту как кандидату на пост премьер-министра».
Далее он заявил, что расследование событий ночи с 6 на 7 октября, которым руководил Ха-Леви, было «лживым в своей основе, ошибочным и вводящим в заблуждение, и не только я это говорю. Ведь комиссия Турджемана отвергла это расследование. 7 октября Герци Ха-Леви не выполнял обязанности начальника генштаба, не отдавал правильных приказов, почти молчал. Он не понимал обстановку и не задействовал армию так, как требовалось перед лицом тяжелого и жестокого нападения ХАМАС».
О нынешних действиях Ха-Леви бригадный генерал (рез.) сказал: «Он ведет кампанию по обелению своей репутации. В своих расследованиях я выявил непрофессионализм, халатность и бездействие, и правда выходит и еще выйдет наружу. Результаты уже находятся в нескольких местах. Он должен предстать перед уголовным судом за сокрытие фактов».
По мнению Соломона, выступая на конференции «Шурат ха-Дин», Ха-Леви пытался распределить ответственность между другими высокопоставленными лицами, заявив, что «все мы ошибочно считали, что ХАМАС сдержан, в том числе политическое руководство». Но он напомнил, что разведданные анализирует не премьер-министр: ему представляют выводы, над которыми работают тысячи лучших специалистов, и все они утверждали, что ХАМАС сдержан и стремится к урегулированию. В таких обстоятельствах, считает Соломон, попытка включить премьер-министра в число тех, кто считал ХАМАС сдержанным, - это попытка Ха-Леви «разделить ответственность, размыть ее и уменьшить собственную долю в ней. Это серьезно и с нравственной, и с уголовно-правовой точки зрения, поскольку он пытался скрыть правду в расследованиях».
Соломон также прокомментировал слова Ха-Леви о наземной операции и его утверждение, что именно армии пришлось убеждать политическое руководство начать ее. Он напомнил о тяжелом провале армии при защите границ Израиля 7 октября, после которого политическое руководство не могло немедленно отдать приказ о начале операции в Газе: прежде оно должно было задать жесткие вопросы о готовности армии, чтобы убедиться в возможности провести операцию успешно. По словам Соломона, этот этап, когда политическое руководство требовало ответов от военного командования, Ха-Леви представил как попытку военных побудить политиков к началу операции.
Говоря о следующем этапе - самой наземной операции, - он вновь заявил, что именно Ха-Леви выбрал тактику рейдов. Соломон, по его словам, предупреждал, что такая тактика подорвет легитимность израильской войны в Газе и приведет к потере времени и ресурсов, поэтому вместо нее следовало действовать путем захвата территории.
Он убежден, что все подробности еще станут известны, а Ха-Леви окажется подозреваемым по уголовному делу из-за сокрытия правды в расследованиях событий войны: «Он понесет ответственность и наказание, и я предлагаю политическому руководству тоже проснуться. Те же генерал-майоры и тот же начальник генштаба продолжают появляться на публике и получать пенсии и зарплаты, как и [бывший] главный военный прокурор, а общество не знает, что происходит. Меня, человека, который воевал и представлял правдивые донесения и результаты расследований, не приглашают рассказать о том, что было. Если этого не произойдет, я обнародую правду и об ответственности политического руководства, которое не пригласило меня, чтобы услышать правду».
В связи с этими словами наш корреспондент спросил Соломона, почему фактически он один высказывается столь решительно, выдвигая тяжелые обвинения в адрес всех высших эшелонов руководства. Почему другие старшие офицеры не присоединяются к нему с такими же заявлениями и неужели без него мы не узнали бы правду? Тот ответил: «Не проходит ни дня, ни мгновения, чтобы я не спрашивал себя: неужели нет праведника в Содоме, который встанет и скажет об этом? Старшие офицеры говорят мне, что они со мной, что они знают о лжи, но боятся выступить открыто».
По его мнению, он остается один, поскольку эти офицеры видят, как в его доме провели обыск, как его отправили на допрос и запугивали, и понимают, что, если они не хотят такой же участи, им следует вести себя иначе и молчать.
Соломон заявил: «Слово «концепция» - мягкое и снисходительное. Вы допустили тяжелейшие ошибки, проявив преступную халатность, когда не занялись разведывательными материалами. Ведь как вы пришли к этой концепции? Вы не читали материалы и не анализировали их, не делали правильных оценок, игнорировали разведданные и факты, видели, что ХАМАС тренируется, но предпочитали ошибочно полагать, что он готовится лишь к точечным операциям по захвату заложников, а не к уничтожению Израиля. Все это относится к преступной халатности, все это мы еще увидим, и они заплатят за это. Слово «концепция» слишком мягкое и преуменьшает их ответственность».
Он также заявил: «Вы видели тревожные признаки. Не поняли их? Не сделали самого элементарного - не провели оценку обстановки в оперативном отделе. Это преступная халатность. Они не провели оценку обстановки и скрыли это при расследовании. Общество знает, что командующего ВВС ночью не разбудили, но его разбудили, а он пошел спать и велел разбудить своего заместителя. Ни одного солдата не вызвали из дома. Это попрание принципов ответственности и профессионализма. Это преступная халатность».
Прослушать интервью полностью можно, перейдя по этой ссылке.