Рав Шауль Давид Боцко, глава ешивы-хесдер «Гейхал Элияху» в Кохав-Яакове, стал гостем подкаста Аруц 7, где состоялась обстоятельная беседа, в ходе которой он изложил свои взгляды на вопросы, находящиеся в центре общественных дискуссий и обсуждения еврейского религиозного закона.
Помимо высказываний о призыве ультраортодоксов в армию, о восхождениях на Храмовую гору и судебном процессе над Амиром Бен-Улиэлем, рав Боцко рассказал об истории семейной ешивы и своём подходе к вынесению галахических постановлений.
Одно из самых категоричных заявлений в интервью касалось обязанности служить в ЦАХАЛ. Рав Боцко пояснил, что, по его мнению, защита государства - не просто заповедь, но и основополагающая человеческая обязанность: «Это война, предписанная заповедью, но даже если бы это не было заповедью, есть вещи, которые Вы обязаны делать. Хотите жить - едите. Хотите жить - спите. Хотите жить - защищаете себя. Если мы не будем защищать себя, мы все погибнем».
Рав Боцко отверг представление о том, что изучение Торы и молитва могут заменить военную службу: «Я считаю, что это противоречит иудаизму. Мы не видели, чтобы Шауль, Давид, Гидеон, Ифтах или Йехошуа Бин-Нун говорили что-то подобное».
По его словам, даже если человек верит в помощь Небес, он обязан действовать: «Святой, благословен Он, создал человека для того, чтобы тот действовал. Мы молимся: «Дай нам мудрость», но если мы не будем учиться, чем нам поможет молитва?».
Когда его спросили, требует ли он от ультраортодоксальной общественности идти в армию? - рав Боцко попросил отказаться от разделения на общины: «Для меня здесь нет ультраортодоксальной общественности. Здесь нет отдельных групп - есть евреи. Мы народ Израиля, мы единый народ, и каждый еврей, кем бы он ни был, по моему мнению, прежде всего обязан защищать себя и народ Израиля».
Вместе с тем он подчеркнул, что военнослужащим необходимо предоставить возможность соблюдать религиозный образ жизни. По его словам, сегодня ЦАХАЛ в большей степени, чем прежде, учитывает потребности религиозных солдат, и не следует превращать отдельные сбои в характеристику всей системы: «Не нужно представлять армию так, будто это злодеи, которые хотят отвратить нас от религии. Это не так. Это святая армия, это выдающаяся армия».
В личном признании рав Боцко рассказал, что сожалеет о том, что сам не служил в ЦАХАЛ: «Я определённо считаю, что упустил возможность исполнить эту заповедь», - сказал он, пояснив, что состояние здоровья не позволило ему поступить на службу.
По его словам, уже с 17 лет он посвятил многие годы просветительской деятельности во Франции, приобщая молодых людей к Торе и побуждая их репатриироваться в Израиль.
Затем рав Боцко высказался о судебном процессе над Амиром Бен-Улиэлем, осуждённым за убийство членов семьи Давабше в Кфар-Дума, и резко раскритиковал опору на его признания, полученные после применения особых методов допроса: «Мне очень больно из-за того, что произошло с Амиром Бен-Улиэлем. Я не знаю, что произошло на самом деле, меня там не было, поэтому я не могу судить о сути дела. Но я прочитал приговор и увидел, что он основан на его признаниях. Как можно полагаться на признания, полученные под пытками?».
Он объяснил, что его позиция основана также на принципе Галахи (еврейского религиозного закона): «Эйн адам масим ацмо раша», - человек не может сам признать себя виновным в преступлении. Этот принцип отражает опасность опоры на признание самого обвиняемого. Рав Боцко призвал президента государства и министра юстиции вновь рассмотреть дело и обдумать возможность помилования или смягчения наказания: «Этот вопрос не даёт мне покоя. Мне больно видеть такое полное искажение правосудия».
Ещё одной спорной темой стало восхождение на Храмовую гору. Рав Боцко заявил, что разрешает и даже считает заповедью посещение тех мест на Храмовой горе, куда разрешено подниматься согласно еврейскому религиозному закону: «Я считаю, что подниматься туда разрешено. Я считаю, что это заповедь», - подчеркнув при этом, что уважает раввинов, придерживающихся противоположного мнения.
В ответ на утверждение, что многие великие раввины Израиля выступали против восхождения на Храмовую гору, - он возразил: «Нельзя выносить галахическое постановление, исходя из того, кто самый великий. Так постановления не выносят. Их выносят на основании доводов».
По его словам, прежде чем принять решение подниматься на гору, он изучил позиции как разрешающих, так и запрещающих это и убедился в убедительности доводов сторонников разрешения.
Рав Боцко рассказал, что ещё в юности отец научил его не принимать какую-либо позицию лишь потому, что её высказал авторитетный человек: «Не делай что-то только потому, что я тебе так сказал, а делай потому, что сам в этом убеждён», - процитировал он отца.
Рав Боцко подчеркнул, что не навязывает своё мнение ученикам и даже воздерживается от организации коллективных поездок ешивы на Храмовую гору, уважая позицию Главного раввината Израиля.
В этой же связи рав Боцко вновь высказал своё предложение перевезти останки рав Нахмана из Бреслава из Умани (Украина) в Израиль. Он пояснил, что уважает бреславских хасидов, которые едут в Умань на Рош ха-Шана, но считает, что лучше было бы дать им возможность посещать могилу своего учителя в Израиле: «Смысл посещения могилы праведника - приобщиться к его качествам и следовать его наставлениям», - после чего предостерёг от превращения обычая в суеверие.
В беседе также обсуждались его галахические постановления, вынесенные во время войны. Рав Боцко подробно объяснил с точки зрения еврейского религиозного закона, почему в определённых случаях допустимо смягчать некоторые строгие требования законов семейной чистоты, когда супруги вынуждены подолгу находиться в разлуке из-за резервистской службы: «Нужно понимать, насколько это трудно. Люди не ангелы, люди - это люди, у которых есть тело».
В другом вопросе он высказался об использовании лифта в Шаббат во время воздушной тревоги, когда пожилому человеку трудно добраться до защищённого помещения по лестнице. Рав Боцко постановил, что при угрозе жизни пользоваться лифтом разрешено, и нельзя требовать от пожилого человека заранее покидать свой дом, чтобы избежать такой ситуации: «Я написал это, чтобы облегчить жизнь людям. У меня не было никакого желания выступать против того или иного рава, но я хотел помочь людям».
Говоря об использовании электричества в Шаббат, рав Боцко также провёл различие между включением устройства, выполняющего запрещённую работу, и использованием электричества, которое не создаёт ничего нового, опираясь на подход рава Шломо Залмана Ойербаха: «Запрещённая работа - это создание чего-то, а не использование».
Вместе с тем рав Боцко подчеркнул, что использование электричества в Шаббат запрещено, и его слова не означают общего разрешения пользоваться электричеством в этот день. Речь идёт о возможности смягчения требований в определённых случаях, особенно когда это связано с медицинскими потребностями.
Рав Боцко затронул также вопрос гиюра и призвал более гибко подходить к требованиям еврейского религиозного закона. Он рассказал о десятках молодых людей из Южной Америки, прошедших гиюр через Главный раввинвинат Израиля в рамках деятельности ешивы, и выразил сожаление по поводу трудностей, с которыми впоследствии столкнулись желавшие приехать в Израиль для прохождения гиюра.
Особенно резко он раскритиковал случай, когда ученику, прошедшему гиюр через Главный раввинвинат, соблюдавшему заповеди и служившему в ЦАХАЛ, потребовали пройти гиюр повторно перед вступлением в брак: «Те, кто выступает за ужесточение требований, не только отвергают раввинов, которые придерживаются несколько более мягких подходов, но и отвергают Главный раввинвинат Израиля. Это ужасное заявление».
Наряду с общественными вопросами рав рассказал об истории ешивы «Гейхал Элияху», основанной в Швейцарии около ста лет назад его дедом и переведённой в Израиль его отцом. Он объяснил, что решение передать руководство ешивой сыну, раву Хезкиэлю Боцко, было продиктовано пониманием того, что молодому поколению нужен руководитель, близкий ему по духу: «Возраст берёт своё, и я почувствовал, что мой сын хорошо находит общий язык с молодёжью и сможет справляться с этой работой лучше».
Рав Боцко продолжает преподавать в ешиве и писать книги, в том числе серии «По следам РАШИ» и «Шульхан арух простым языком», с помощью которых стремится сделать изучение Торы и еврейского религиозного закона доступным широкой аудитории. Для него цель учёбы заключается не только в понимании юридических аспектов первоисточников, но и в поиске заключённого в них нравственного и ценностного смысла.
В завершение интервью рав Боцко рассказал о наставниках, повлиявших на его галахический путь, прежде всего о раве Овадии Йосефе. Хотя лично он с ним знаком не был, книги «Ябия Омер» сопровождали его в долгих поездках на поезде по Франции, когда он занимался привлечением учеников в ешиву.
«Я считаю, что он спас иудаизм», - сказал он о раве Овадии Йосефе, а величие этого рава заключалось в способности противостоять тенденции превращать дополнительные строгости в обязательные религиозные нормы и рассматривать каждое постановление в свете источников еврейского религиозного закона.
Под самый конец, рав Боцко также упомянул рава Йосефа Машаша, чьи книги оказали на него глубокое влияние: «Он был великим гением. Его подход к Галахе был настолько здравым, что глубоко тронул меня».