Депутат Кнессета Моше Саада («Ликуд») призывает после выборов отменить обвинительное заключение против премьер-министра нашей страны, Биньямина Нетаньяху, и распорядиться о расследовании в отношении бывших высокопоставленных сотрудников правоохранительной системы.
В интервью, взятом у него нашим корреспондентом на конференции, организованной редколлегией Аруц 7 в преддверии выборов-2026, Саада подверг резкой критике бывшего юридического советника правительства Авихая Мандельблита, бывшего государственного прокурора Шая Ницана и бывшего же начальника полиции Рони Альшейха в связи с последними событиями в судебном процессе против Нетаньяху.
По его словам, речь идёт о действиях, направленных на то, чтобы навредить Нетаньяху посредством неправомерного использования правоохранительных полномочий: «Группа людей, совершавших преступления, - я говорил им об этом в то время, когда работал в Департаменте расследований полиции, - сделала всё, чтобы отстранить от власти премьер-министра правого лагеря. Было дозволено всё: вымогать под угрозами, подделывать протоколы, использовать шпионские программы, незаконно вести прослушивание».
Саада прокомментировал показания Мандельблита в суде и заявил, что они подтверждают критику, которую он на протяжении многих лет высказывал в адрес действий правоохранительной системы при расследовании дел Нетаньяху.
По его утверждению, Мандельблит знал о подозрениях в оказании недопустимого давления на допрашиваемых, но не распорядился провести расследование, поскольку стремился ускорить предъявление обвинения: «Теперь Мандельблит притворяется невинным и говорит: да, я знал о вымогательстве под угрозами, но, с другой стороны, мы хотели поскорее предъявить обвинение».
Это утверждения Саады, основанные на его интерпретации показаний и действий правоохранительных органов, а не судебные выводы о том, что преступления, в которых он их обвиняет, действительно были совершены. На вопрос, почему он сам не попытался предотвратить предполагаемые нарушения в период, когда занимал высокую должность в Департаменте расследований полиции? - он ответил, что, напротив, пытался своевременно предупредить о них: «В то время я получил информацию, но эти преступники не позволили мне получить её полностью».
По словам Саады, обнаружив подозрения в воспрепятствовании расследованиям, он подал жалобу на бывшего начальника полиции Рони Альшейха тогдашнему юридическому советнику правительства Авихаю Мандельблиту: «Сначала я ему верил. Я думал, что он честный человек», - однако, по его утверждению, вместо того чтобы заняться жалобой, Мандельблит вызвал его к себе в кабинет на встречу, в которой также участвовал Альшейх: «Кто пришёл? Мандельблит, Альшейх, которые угрожали развалить Департамент расследований полиции, уничтожить меня».
Затем он рассказал об участии бывшего государственного прокурора Шая Ницана, которого назвал ключевой фигурой в действиях, подвергаемых им критике: «Главный режиссёр этого события, его архитектор - Шай Ницан. Мандельблит не выдержал натиска».
Саада рассказал, что во время его работы в Департаменте расследований полиции в государственную прокуратуру направлялись письма с критикой в связи с тем, что, по его утверждению, подрывались независимость ведомства и его способность расследовать подозрения в отношении полицейских.
По его словам, в одном из писем ставился вопрос о том, как долго Департамент расследований полиции и его сотрудники, придерживающиеся определённых ценностей, будут оставаться без защиты во имя государственных интересов.
Саада утверждал, что полученные ответы свидетельствовали о предпочтении соображений, связанных с судебным процессом против Нетаньяху, выяснению обстоятельств подозрений: «Что значит оставить Департамент расследований полиции и его сотрудников, и их ценности без защиты? Это значит оставить без защиты справедливость, стремление к справедливости».
По его утверждению, дело не ограничивается отдельными решениями в ходе расследования, а отражает более масштабную практику в правоохранительной системе: «Это политическое дело. Это целая кампания преследования, целью которой было отстранить от власти премьер-министра. Началось с преступления и закончилось преступлением».
Далее в интервью Саада подробнее остановился на утверждениях о недопустимом давлении на свидетеля посредством раскрытия личной информации о его частной жизни. Он описал ситуацию, в которой следователи, по его утверждению, располагают интимными сведениями о допрашиваемом и используют их, чтобы вынудить его сотрудничать со следствием: «Вы хотите, чтобы мы разрушили Вашу семью? Какие у него есть варианты?».
Он утверждал, что речь идёт о вымогательстве под угрозами и что следовало начать уголовное расследование в отношении причастных лиц, а потом добавил, что утверждения об утечках материалов расследования также требуют проверки, и напомнил, что разглашение информации государственным служащим может при определённых предусмотренных законом обстоятельствах являться уголовным преступлением: «Вот в чём суть», - после чего добавил, что опубликованные сведения и раскрытые к настоящему моменту показания представляют собой лишь часть общей картины: «То, что мы узнали сейчас, - лишь верхушка айсберга. Нас ещё ждут большие сюрпризы».
В заключительной части интервью Саада представил меры, которые, по его мнению, следует принять после выборов, если «Ликуд» сохранит ведущие позиции в правительстве.
По его словам, необходимо назначить нового юридического советника правительства, который заново рассмотрит вопрос о продолжении судебного преследования Нетаньяху: «Когда мы победим, мы заменим юридического советника правительства. Новый юридический советник правительства сделает две вещи. Во-первых, отзовёт обвинительное заключение, поскольку здесь применим принцип защиты от несправедливого судебного преследования».
Саада сослался на пункт 149(10) Закона об уголовном судопроизводстве, регулирующий довод о защите от несправедливого судебного преследования, и заявил, что действия, которые он приписывает правоохранительным органам, дают основания отменить судебное разбирательство: «Если государственный орган действует возмутительным образом - не преступным, а именно возмутительным, - можно оправдать обвиняемого. Здесь же речь идёт о преступных действиях всех высокопоставленных лиц, поэтому очевидно, что здесь применим принцип защиты от несправедливого судебного преследования».
Вместе с тем отмена обвинительного заключения на основании принципа защиты от несправедливого судебного преследования не происходит автоматически: решение принимается в судебном порядке с учётом обстоятельств дела и положений закона.
Наряду с требованием заново рассмотреть обвинительное заключение Саада призвал назначить нового руководителя Департамента расследований полиции, который займётся проверкой подозрений в отношении причастных лиц: «Второе, что нам предстоит сделать, - и этим займётся новый руководитель Департамента расследований полиции, - расследовать действия этих преступников, которые должны понести наказание за вымогательство, воспрепятствование расследованию и подделку документов».
В завершение Моше Саада выразил надежду, что требуемые им меры приведут к тому, что, по его выражению, «наконец-то восторжествует справедливость».