В студии подкастов Аруц 7 побывала Ор Пирон-Зомер, глава местного Совета Оранит, и рассказала о сложной работе в совете, расположенном на линии разграничения, а также о своём положении как молодой религиозной женщины на посту главы.

Отправной точкой, с которой она пришла к этой непростой должности, стала необходимость постоянно доказывать свою состоятельность - прежде всего из-за военной и безопасностной ситуации, связанной с географическим положением Оранита. Это произошло после предвыборной кампании, начавшейся в период судебной реформы, когда в её адрес звучали обвинения, будто как религиозная женщина она намерена «насадить религию» в поселении.

В работе с силовыми структурами, говорит Пирон-Зомер, ей приходится объяснять сложную реальность безопасности населённого пункта, который находится как бы «ни там, ни здесь», - не совсем Иудея и Самария, но и не «малый Израиль». В результате армия фактически не присутствует в поселении, а полицейского участка в Ораните нет. Это создаёт серьёзные трудности, в том числе из-за близости к Кафр-Касему с одной стороны и к Палестинской автономии и маршрутам проникновения нелегальных рабочих - с другой.

В этом контексте она отмечает огромную территорию ответственности полицейского участка в Ариэле - от северной Самарии до Оранита. Это означает, что во время последнего инцидента полиция прибыла лишь спустя час с четвертью. При этом прбывание Оранита на территории Иудеи и Самарии не позволяет пользоваться полицейскими участками Кафр-Касема или Рош-ха-Айна. «Мы не здесь и не там».

По её оценке, высшее командование ЦАХАЛ не до конца понимает угрозу, связанную с географическим положением Оранита, особенно после событий 7 октября. По её словам, пока внимание сосредоточено на предотвращении угроз в глубине территории, отсутствует осознание того, что «Беэри - это Оранит». Сейчас, несмотря на все её предупреждения, она надеется, что ей не придётся однажды сказать после катастрофы: «Я же предупреждала».

Пирон-Зомер рассказывает о своём уникальном взгляде как человека, выросшего в Ораните и фактически не покидавшего его до того, как стала главой совета. С этой точки зрения для неё важно не только развивать поселение и расширять его, но и сохранять его особый характер, знакомый ей с детства. При этом она подчёркивает необходимость развития - в частности, строительства жилья для молодых семей, иначе поселение рискует начать стареть и даже закрывать детские сады.

Далее она рассказывает о своём детстве в семье рава Шая Пирона - доме, где сочетались открытость и возможность выражать мнение с внутренней религиозной строгостью: «Мы всегда были домом, где была миссия», - говорит она, описывая как переезд в Оранит, так и 30-летнюю деятельность её отца как раввина общины.

Так, например, родители приняли решение взять в семью приёмного ребёнка с особыми потребностями - Наора - совместно со всеми детьми семьи. Она вспоминает, как стояла перед выбором, какого ребёнка примут в их дом, и плакала, понимая, что остальные не получат семью.

Сегодня Наор, родившийся с редким заболеванием, при котором руки прижаты к телу, а ноги не функционируют, передвигается на инвалидной коляске, но при этом ведёт активную жизнь - занимается дайвингом, серфингом и даже добровольно помогает ЦАХАЛ. В семье его воспринимают как родного брата. По её словам, именно этот ценностный фундамент повлиял на её чувство миссии.

Под влиянием Ури Орбаха (ז"ל), с которым она работала, когда он был министром по делам пожилых людей, Пирон-Зомер создала проект помощи семьям после утраты близких. Она рассказывает о трудностях продвижения проекта, в том числе из-за сопротивления со стороны «Хевра кадиша», - как из-за того, что инициаторами были молодые женщины, так и из-за недоверия к её отцу, который, будучи министром в правительстве Лапида, подвергался критике в ультраортодоксальной среде. Сегодня, после долгой работы, проект признан по всей стране и получил широкую поддержку.

Также она говорит о своём положении как единственной женщины среди глав местных Советов в Иудее и Самарии и о своих усилиях вдохновлять молодых девушек мечтать масштабно и добиваться успеха. Она подчёркивает, что глава местной власти оказывает влияние практически на все аспекты жизни общества и способен реализовывать значимые изменения в течение одной каденции.

Вместе с тем она признаёт, что эта должность имеет высокую цену - в том числе на семейном уровне. Об этом она говорит откровенно, отмечая, что не умеет и не хочет «обрастать толстой кожей», - игнорировать обвинения и нападки, с которыми ей приходится сталкиваться, и просто идти дальше.