Проводя урок, посвященный изучению ТАНАХ, раввин Давид Хай Коэн подчеркнул, что понимание личностей библейских персонажей требует широкого взгляда на все тексты, а не на какой-то отдельный эпизод.
По его словам, «частичное чтение историй», таких, скажем, как про царя Давида и Бат-Шеву, или о грехе золотого тельца, может привести к ошибочным выводам о величии персонажей или характере их деяний.
В частности, рав Хай Коэн задался вопросом, можно ли понять Аарона-хакоэна только через историю греха золотого тельца, - и отметил, что впоследствии Вс-вышний избрал его для священства на все поколения и наделил центральной ролью в искуплении Израиля: «Если ты видишь, что Вс-вышний выбирает его быть коэном навеки, это вынуждает понять, что тот рассказ не следует воспринимать буквально».
Далее он коснулся царя Давида и критики в отношении изучения его личности, подчеркнув необходимость учитывать книгу Псалмов и другие свидетельства о нём: «Один педагог из Гуш-Эциона написал мне: «Вы, раввины, покрываете грехи и поступаете нечестно», отметив, что Давид согрешил, а раввины просто его оправдывают. Я не сразу ему ответил. Но потом я написал ему: если ты читаешь историю Давида и Бат-Шевы, не прочитав псалмы и не зная, что о нём говорят пророки, каким он был до и после - ты не знаешь царя Давида. Он не спал ни одной ночи - это согласуется с тем рассказом? Ты знаешь ещё такого человека? Его имя - самое распространённое в ТАНАХ после имени Вс-вышнего».
Раввин добавил, что персонажи ТАНАХ обладают огромной духовной силой, и потому их ошибки могут казаться особенно значительными: «Ошибка великого человека - это большая ошибка, но и его добрые дела также велики», - после чего привёл дополнительные примеры, в частности Шимшона (Самсона), чьи поступки трудно понять при поверхностном чтении.
Раввин Давид Хай Коэн предложил, что правильный способ изучения ТАНАХ - это сопоставление источников, понятий и слов во всех частях Священного Писания: «То, что нужно при изучении ТАНАХ - это изучать ТАНАХ через весь ТАНАХ», - подчеркнул он, добавив, что каждый рассказ следует рассматривать в широком контексте параллелей и намёков в других местах.