Бывший заместитель начальника Генштаба Армии обороны Израиля Узи Даян и раввин Ури Шерки представили в комиссию Кнессета по иностранным делам и обороне свои предложения по обновлению документа “Духа ЦАХАЛа".
О сути вопроса генерал Даяном дал интервью Аруц 7.
В начале разговора он подчеркнул, что вся дискуссия началась после утверждений о том, будто “Дух ЦАХАЛа", якобы, приводит бойцов к совершению военных преступлений и тому подобного. Вслед за этим развернулось обсуждение, в рамках которого на стол комиссии был положен документ, над которым Узи Даян работал около года вместе с раввином Шерки и группой экспертов с различными взглядами и позициями.
Руководящая концепция команды заключается в том, что изменения в “Духе ЦАХАЛа" должен инициировать сама Армия обороны Израиля, а не внешние структуры. Поэтому исправленный документ был прежде всего представлен начальнику Генштаба и его окружению, поскольку именно начальник Генштаба подписывает “Дух ЦАХАЛа".
Говоря о необходимых изменениях, генерал Даян отмечает обязанность поставить ценность победы во главу документа - как высшую ценность, без каких-либо посторонних соображений. На вопрос, что такое победа, Даян отвечает просто: “И увидел Израиль египтян мёртвыми на берегу моря…"
Даян рассказал о многочисленных жалобах, поступивших от бойцов и командиров. Из них следует, что “должно быть ясно в первую очередь, что безопасность народа Израиля и земли Израиля - то есть защита своего народа и родины, и сохранение жизни наших солдат важнее любых посторонних соображений. В предыдущих редакциях огромное значение придавалось ценности человеческой жизни вообще. Мы поставили ценность победы на первое место в шкале ценностей и назвали её не просто “преданность задаче в свете цели", а победу - как первоочередную задачу".
По его словам, внесённые изменения не являются радикальными, а представляют собой минимально необходимую корректировку спустя около двадцати лет войн: “Пришло время изменить формулировки, чтобы было ясно: защита жизни наших граждан и солдат находится выше любых иных соображений".
О том, как ценности “Духа ЦАХАЛа" проявляются на уровне рядового бойца, Даян говорит: “Мы беседовали с командирами батальонов и бригад, и звучала чёткая жалоба: при запросе разрешения на открытие огня может возникнуть ситуация, когда террористы приходят без оружия к домам на линии соприкосновения с нашими солдатами - и нет разрешения открыть огонь, хотя по международному праву ты обязан вести бой и уничтожать врага. Была жалоба и на то, что если кто-то стрелял, а затем бросил оружие и убежал, то он уже не считается непосредственной угрозой, и потому в него нельзя стрелять, хотя международное право это допускает".
В этой связи Даян напоминает о своём споре с судьёй на процессе Элора Азарии, куда Узи Даян был приглашён в качестве эксперта. Когда он заявил, что правила открытия огня не являются высшей инстанцией, судья заметил, что, возможно, генерал Даян не понимает этих правил. В ответ Даян сказал, что разница между ними в том, что именно он писал эти правила, и потому понимает: высшей инстанцией являются не письменные инструкции, а командир на месте.
На вопрос, насколько документ “Дух ЦАХАЛа" вообще известен на тактическом уровне и действительно ли им руководствуются Узи Даян ответил, что документ известен гораздо больше, чем может показаться. Сам Даян, между тем, считает, что изначально не было необходимости в первом варианте “Духа ЦАХАЛа", как этического кодекса, поскольку армия - это не профессия, а миссия. Он добавляет, что академическая среда не приняла у себя подобный этический кодекс.
“Мне нужны три вещи: победа, профессионализм и личный пример", - говорит Даян, считая, что с этими тремя составляющими можно обеспечить наилучшие действия. Однако раз документ уже существует, его следует корректировать. По его мнению, правильно было представить его начальнику Генштаба и его команде, как часть выводов и уроков войны.
На вопрос о том, следует ли пересматривать документ и содержащиеся в нём ценности каждые несколько лет с учётом изменений в армии и вызовов времени, Даян отвечает утвердительно. Он напоминает, что ещё при преобразовании этического кодекса в “Дух ЦАХАЛа" его авторы рекомендовали пересматривать документ каждые пять лет с учётом характера боевых действий и накопленных уроков.
В завершение Узи Даяну был задан вопрос, что, по его мнению - человека, выросшего в сердцевине корневого сионизма, привело к изменениям, повлиявшим на бойцов ЦАХАЛа, ослабившим у них ценности победы, решимости и боевого товарищества и затруднившим действия, ожидаемые от армии, защищающей свой народ. Даян ответил, что речь идёт о двух изменениях. Первое - изменение характера войны: последней войной, где ЦАХАЛ воевал армия против армии, была война Судного дня. С тех пор ЦАХАЛ противостоит идеологическим организациям, чья цель - уничтожить нас, а не просто победить.
Второе - изменение отношения к самопожертвованию после лет, в течение которых не был разгромлен такой субъект, как ХАМАС, по различным и порой странным аргументам, включая утверждение, что невозможно победить идеологию, или из-за опасений относительно того, кто придёт на его место. Эти подходы породили стратегию ведения войны, стремящуюся избегать риска для солдат - стратегию, которая, по его словам, может обернуться для нас ударом, подобным удару 7 октября, когда мы в один момент заплатили больше, чем “сэкономили" за годы.