Специалист по уголовному и военному праву адвокат Эяль Басаргалик резко раскритиковал в интервью Аруц 7 решение юридической советницы правительства Гали Бахарав-Миары передать подготовку к судебному процессу над боевиками “Нухбы" военной прокуратуре - после почти двух с половиной лет вложения ресурсов в формирование следственных дел со стороны государственной прокуратуры.
По словам Басарглика, речь идет о “моральном банкротстве прокуратуры. Иначе невозможно описать возмущение этим событием и растратой ресурсов". Басаргалик напоминает, что “после 7 октября элитные подразделения полиции занимались документированием допросов боевиков "Нухбы“, и именно так мы получили видеозаписи допросов этих презренных террористов. Каждое такое дело сопровождается прокуратурой, поэтому есть прокуроры, которые знают все эти дела и вели их на протяжении всего периода, а теперь внезапно, после того как окружной прокурор Южного округа заявил о завершении расследования, было решено, что государственная прокуратура этим не занимается".
На вопрос, что, по его оценке, привело к такому решению, Басаргалик ответил, что ему трудно понять это абсурдное, по его определению, решение, принятое государственным прокурором и озвученное юридической советницей правительства. “Вместо того чтобы юридическая советница вела самый важный процесс для государства Израиль за последние годы, она оставляет государственному прокурору решать за неё, потому что она уже не осуществляет никакого надзора над государственной прокуратурой", - сказал Басарглик.
Далее он продолжил: “По моему скромному мнению, дело просто в бюджете, и это ещё более удручающая политика. Государственный прокурор говорит, что ему нужно как минимум два прокурора на каждое дело, а у него нет 1200 обвинителей на каждое дело, так давайте передадим это военной прокуратуре, где это оплачивается, как дни резервистской службы. У меня нет другого объяснения этому событию".
В своих словах он выражает сомнение и по поводу утверждения, что передача дела произошла, поскольку в военном суде существует возможность вынесения смертной казни в качестве приговора, отмечая, что был принят законодательный поправочный акт, позволяющий применять смертную казнь к боевикам “Нухбы" и в гражданской судебной системе. Тем, кто опасается обвинений о ретроактивном применении закона, Басарглик напоминает, что подобный аргумент выдвигался и в деле Адольфа Эйхмана, а также на Нюрнбергском процессе, и был отвергнут.
“Я не понимаю, как вместо того чтобы юридическая советница правительства или государственный прокурор возглавили обвинение против “Нухбы" в духе “никогда больше" и сказали, что “за ними стоят 1200 убитых в резне 7 октября и ещё около тысячи павших в войне", как прокурор на процессе Эйхмана говорил о шести миллионах обвинителей, стоящих за ним, вместо этого мы видим удар по самой системе", - говорит Эяль Басарглик.
На вопрос, возможно ли, что перед прокуратурой стоит не только бюджетный вопрос, но и соображение нежелания входить в судебный процесс, итогом которого может стать смертная казнь, как это было среди части академических и юридических кругов, выступавших против казни Эйхмана, адвокат Басаргалик отвечает, что не занимается спекуляциями и предпочитает прислушиваться к голосу семей, чьи близкие пострадали 7 октября.
Семьи, по его словам, “требуют суда над отбросами человечества, совершившими преступления 7 октября и убивавшими всех, кто попадался им на пути, принимавшим те же стимуляторы, что и нацисты, совершавшие самые ужасные акты изнасилования и убийства. То, что прокуратура не стоит во главе самого важного судебного процесса современной эпохи - это позорное свидетельство для прокуратуры и для государства Израиль".
“Этот процесс должен быть публичным и открытым, проводимым соответствующими органами, чтобы мы не забыли, и чтобы здесь не произошло ещё одной катастрофы в государстве Израиль. Это отказ от того, что является обязанностью", - говорит Басаргалик.
На вопрос, действительно ли требуется два прокурора на каждого террориста, он отвечает, что, возможно, можно будет объединить дела или ограничиться одним прокурором, однако всё равно речь пойдет о сотнях обвинителей, а поскольку это дела об убийстве, состав суда должен включать трёх судей, так что речь идёт о серьёзной массе юридических кадров. “Но вопрос бюджета - это не аргумент", - отмечает Басарглик.
Теперь, по его словам, придётся ждать ещё около двух лет, пока военные прокуроры углубятся в материалы, изучат дела и показания, после того как государственная прокуратура уже сопровождала эти дела. Басаргалик подчёркивает, что не находит никакого объяснения тому, почему в прокуратуре до сих пор не сочли нужным объявить объявить значительно раньше о передачи дела “Нухбы" в военную прокуратуру, что позволило бы сэкономить многое, и сделано это лишь сейчас. “Время, которое проходит, играет на руку только тем, кто уже с 8 октября начал отрицать то, что произошло с 7 октября", - говорит Эяль Басарглик и призывает юридическую советницу и государственного прокурора пересмотреть решение, взять дело под свой контроль и “заниматься им как минимум с той же интенсивностью, с какой они занимаются делами Нетаньяху".