Несмотря на насыщенную повестку дня в Израиле, последняя зимняя буря сумела занять почётное место в верхних строках новостей. Огромное количество осадков наполнило русла и вызвало повсеместные наводнения, также донимали ураганные ветры свыше 100 км/ч и холод, пробирающий до костей.
Это были идеальные дни, чтобы укутать ноги тёплым пледом, неспешно отведать горячий суп и понаблюдать через экран за впечатляющими и суровыми чудесами природы. Как мы ждали этого изобилия после засушливого года, и как рады фермеры и пастухи благословенным дождям. Но наряду с благодарностью и радостью последняя буря принесла немало вызовов и испытаний - именно тем, кто больше всех ждал дождей - фермерам и поселенцам-первопроходцам в Иудее и Самарии.
Молиться о дожде в полях, живя при этом в защищённом и тёплом доме - естественно и легко. Но когда сопутствующим результатом становятся серьёзный ущерб хозяйству и пребывание в непростых условиях на протяжении нескольких суток, испытание становится куда тяжелее. После двух зимних штормов, подхвативших и унесших в воздух сараи и дома, заставивших героических поселенцев проводить целые дни, укрывшись в автомобилях, и оставивших отрезанными от внешнего мира холмы с разлившимися озёрами на подъездных путях, время передать часть ощущений, переживаний и вызовов, с которыми столкнулись первопроходцы на местности.
В Цур-Йехуде в Гуш-Эционе жители остро ощущают разгар зимы. Здесь, на открытом холме у Кармей-Цур, поднимающемся почти до 1000 метров над уровнем моря, ветер пронизывает тело со всех сторон. “Холод у нас - ежедневный вызов: и на выпасе, и на ночной охране, которая включает пеший патруль. У нас отличный вид, но это означает полную открытость ветрам", - рассказывает Элия Говер, живущий в данном месте, - “Пока мы не получили зимнюю одежду, пожертвованную праведными евреями для холмов около месяца назад, здесь было совсем тяжело. Можно сказать, что мы прочувствовали фразу “Земля Израиля приобретается через страдания".
После нескольких зимних недель местным жителям удалось организовать газовый обогреватель и дровяную печь, но, по словам Говера, их эффективность весьма ограничена: “Жилой дом ещё относительно тёплый, а в месте, где проходит учёба - холодно, и мы сидим и учимся в тёплых куртках. Холод также осложняет приезд семей на холм. Большинство семей, которые приезжают и видят условия, у них буквально “стынут ноги", в обоих смыслах".
Последняя буря не ограничилась тем, что заморозила жителей. Она также принесла разрушения. “Мы пытались укрепить загон перед зимой, натянули брезент и сделали дополнительные усиления, и загон действительно пережил три шторма. Каждый раз срывало какую-нибудь полосу - мы чинили ее, и он продолжал стоять. Но в последнюю бурю он рухнул. Мы увидели, что полотнища начинают улетать, и ждали, пока ветер утихнет, чтобы починить, но за короткое время вслед за тканью взлетели и железные элементы с дугами. Загон улетел, когда стадо было на выпасе, а вечером мы загнали его в одно из наших строений, чтобы животные не замёрзли", - рассказал Говер.
После того как ветры стихли, в Цур-Йехуде решили превратить лимон в лимонад: “Нельзя сказать, что эта буря нас не задела, но мы всё равно ждали и ждём благословенных дождей, которые напоили пастбища и наполнили водосборник до краёв. На произошедшие повреждения мы смотрим, как на возможность. В конце прошлой недели мы начали отстраивать загон заново. Он станте более прочным и будет располагаться на участке, который расширит холм, с Божьей помощью. В итоге трудности на пути лишь заостряют для всех нас цель, ради которой мы сюда пришли".
На холме Макана Авраам на востоке Гуш-Эциона буря ударила ещё сильнее. В пятницу две недели назад, за два часа до наступления Шаббата один из поселенцев сообщил: “Вы не представляете, что произошло - всё улетело". Блочный дом, верно служивший ядру ребят на холме в последние месяцы, был разрушен гражданской администрацией в начале недели, а на его месте возвели временное лёгкое строение. Первый шквал ветров ещё с трудом удалось пережить после того, как всю ночь поселенцы вносили в шатающийся дом камни и бетонные глыбы, чтобы его не унесло. Но вторая буря оказалась слишком сильной. Мощным порывом дом подняло и разорвало на части, разметав их вниз по склону. Имущество тоже разлетелось во все стороны, и даже загон, чудом переживший разрушение силами безопасности, не устоял перед ветрами и рухнул. Восемь ребят остались без крыши над головой со стадом под проливным дождём, когда Шаббат стремительно приближался. Строить что-то новое при таких ветрах было нереально, а оставить холм, который обеспечивает охрану более чем 10-ти тысяч дунамов в округе, им и в голову не пришло. В итоге сутки до исхода субботы ребята провели по очереди между пребыванием в небольшом автомобиле, служившем укрытием, и теснением в старой, пропитанной влагой руине без крыши у подножия холма. Закутавшись в тёплые куртки и шерстяные шапки, они молча терпели, пока буря не стихла, а затем стали отстраивать всё заново.
Испытания поселенцев-первопроходцев во время бури включали и тяжёлые моменты со стадами. Хотя большинство животных относится к местным породам, даже для них прямое воздействие такой погоды оказалось чрезмерным. “За полчаса до заката у нас улетел загон целиком. Не имея выбора, стадо осталось на холоде. Всех молодых ягнят - более 50-ти, мы сначала занесли в жилую палатку, а когда и там всё промокло, перенесли их в одну из машин, которая оставалась сухой. К сожалению, десять ягнят эту бурю не пережили", - рассказывает Йедидья Либман - житель новой сельскохозяйственной фермы рядом с поселением Анатот в Биньямине, - “Даже на предыдущей, более обустроенной ферме, где мы жили до переезда, буря оставила разрушения. В ночь на субботу улетели панели солнечной системы, и электричество погасло; лист жести, сорвавшийся с загона, перерезал водяную трубу; и как будто этого было мало - разорвался и эрув. По крайней мере в ту субботу на ферме были только ребята, которые смогли пережить событие. После каждого такого события ты лишь укрепляешься и понимаешь смысл того, что делаешь здесь. Так всегда: исторические шаги требуют усилий".
На холмах и фермах само расположение нередко определяет уровень трудности. Въезд и выезд зачастую оказываются сложнее непосредственного пребывания. Так, например, произошло на холме Маале-Тидхар рядом с поселением Мицад. “Вся дорога к нам на холм зимой превращается в грязь и становится скользкой. Обычно можно осторожно проехать на внедорожнике 4×4, но в последнюю бурю дорогу полностью перекрыло на три дня озеро воды. Мне приходилось просить кого-нибудь спустить меня с холма на внедорожнике Ranger, обойти пруд сбоку и ловить там попутки; иногда удавалось организовать, чтобы кто-то подъехал с другой стороны и забрал нас. Каждая поездка на работу превращалась в операцию мирового масштаба, которую нужно начинать рано утром, чтобы успеть вовремя. И всё это, разумеется, можно было делать только в паузах между стихией, потому что ехать на открытом Ranger - это совсем не вариант", - делится Айяла Шапиро, жительница холма, тем, чем были заполнены её будни в последние недели.
“Наш дом всё ещё временный, он построен из деревянных щитов и жести. На ветру он весь дрожал, а когда шёл град, невозможно было ничего услышать. Но настоящее испытание - это умываться утром или мыть посуду, когда вода ледяная и сковывает пальцы", - смеётся она, - “В конце концов зимой холодно - ничего не поделаешь. Когда электричество выбивало, мы ели в темноте, а иногда сидим за едой в тёплых куртках. В последнюю бурю у нас среди ночи сломалась часть крыши, и дождь намочил диван, но мы пришли сюда, совсем не для того, чтобы жаловаться. Мы переехали сюда по собственному выбору, оставив обустроенный и тёплый постоянный дом. Мы считаем это привилегией и благодарим за дождь, который приносит благословение пастбищам и полям".