Талик Гвили, мать сержанта полицейского спецподразделения ЯСАМ Рана Гвили, героически павшего в бою 7 октября. Тело Рана до сих пор находится в плену у ХАМАС в Газе, и мать обеспокоена возможностью того, что нынешняя ситуация нормализуется, и ее борьба за возвращение сын останется без поддержки.
В интервью в студии Аруц 7 на конференции “Газа - день после" Талик Гвили обратилась к политическому руководству: “Мы не можем говорить о дне после, потому что такого дня не будет, пока не вернется Ран. Я тоже хочу двигаться вперед, мы все хотим двигаться вперед, но сначала мы должны вернуть Рана. Пусть все знают, что мы не будем двигаться вперед, мы не откроем КПП “Рафиах" и не позволим ничего восстанавливать в Газе, пока не вернется Ран".
Больше всего Талик боится равнодушия общественного мнения. В рамках усилий по сохранению памяти о своем сыне на международной арене Гвили встретилась с президентом США Дональдом Трампом. После той встречи она получила личное обещание: “Мы получили очень четкое и недвусмысленное обещание. Трамп посмотрел нам в глаза и сказал: "Ваш ребенок вернется, я верну ребенка. Ран вернется домой“. Для меня это прозвучало, как обещание, и я жду его выполнения".
Талик Гвили категорически отвергает утверждения о том, что ХАМАС не знает, где находится тело ее сына: “ХАМАС лжет. Их организованность на очень высоком уровне. Мы видели это на протяжении всего процесса возвращения похищенных. Ран - не кот, которого выбросили на помойку, он был бойцом в форме во время боевых действий. У меня такое чувство, что они очень хорошо его прячут и используют в качестве разменной монеты".
На протяжении всех месяцев войны члены семьи Гвили выражали поддержку семьям из “Форума Тиквы", которые выступали за массированное военное давление, как единственный инструмент возвращения заложников, несмотря на критику со стороны других семей. “Прежде всего, я уважаю людей, которые думают иначе. Я без проблем понимаю их. Я не принимаю их точку зрения, но могу понять. Мы же считали, что единственный правильный способ вернуть похищенных - это военное давление. Думаю, мы были правы", - говорит Талик Гвили.
Она посвящает всё своё время работе над возвращением сына, и эти усилия она описывает, как спасение в личном аду: “Гораздо сложнее ничего не делать. Сейчас я стараюсь сделать всё, что в моих силах, потому что я в долгу перед этим ребенком".