Депутат Кнессета Галит Дистель-Атбарян, председатель специальной комиссии по коммуникациям, подвергает резкой критике поведение депутатов оппозиции на обсуждениях закона о коммуникациях.

В интервью нашему корреспонденту она объясняет, почему вообще возникла необходимость в принятии нового закона о коммуникациях: «Медийный рынок в Израиле сегодня находится в крайне хаотичном состоянии. На рынок пришло очень много игроков, 80% из них - через интернет, на который не распространяется никакая регуляция. Они могут делать все, что хотят, не обязаны инвестировать средства в израильские оригинальные проекты, никто не контролирует их контент. Это Дикий Запад из-за новой инфраструктуры под названием интернет».

«В отличие от них, есть 20% с очень жесткой регуляцией - в основном это «Кешет» и «Решет», которые обязаны инвестировать в израильское творчество и платить за продление лицензии. К этому нужно добавить, что существуют два надзорных органа: Управление спутникового и кабельного вещания и Управление вещания. Два органа, которые создают множество барьеров. Министр Каръи увидел, что сегодня для того, чтобы медийный орган смог успешно войти на израильский рынок, это почти невыполнимая задача. Существуют гигантские, централизованные и агрессивные монополии, которые не позволяют новым игрокам развиваться и расти, и именно они жестко контролируют рынок», - добавляет Дистель-Атбарян.

Далее в интервью она рассказывает о заседаниях, прошедших сегодня в комиссии: «Ко мне тихо, кулуарно, обратились многие медийные структуры, и то, что я вижу, - все они выступают против «Кешет». Все эти структуры хотят, чтобы рынок открылся, чтобы регулирование было облегчено, чтобы подписки стали дешевле, и чтобы все было открыто и свободно. Они видят, что внутри комиссии оппозицией руководят не депутаты оппозиции, а «Кешет-12». Самое серьезное, на мой взгляд, - это то, что они передают избранным представителям записки или сообщения в WhatsApp прямо со скамей комиссии депутатам оппозиции».

«Избранные представители сидят и превращаются в лоббистов коммерческой структуры, деятельность которой контролирует комиссия. Они сидят там не для того, чтобы защищать свободу слова, свободную прессу или следить за тем, чтобы в процесс не вмешивалась политика. Но в то же время они становятся лоббистами «Кешет». Это неэтичное поведение комиссии, которое наносит ущерб всем остальным медийным структурам. Именно на это я сегодня указываю - и, разумеется, сталкиваюсь с криками и отрицаниями. А то, что вырисовывается в комиссии, - это то, что «Кешет» решила взорвать этот закон с помощью депутатов Кнессета по экономическим причинам. На мой взгляд, это недопустимо», - подчеркивает Дистель-Атбарян.

По её словам, «на практике происходит следующее: целая индустрия отчаянно ждет, чтобы этот закон был принят. Для них структуры, которые до сегодняшнего дня не были обязаны создавать израильский контент, в случае принятия закона будут обязаны предоставлять возможности этой огромной аудитории индустрии фильмов и сериалов. С другой стороны, мы видим филибастер, который оппозиция устраивает нам, чтобы помочь «Кешет». В результате получается, что есть депутаты Кнессета, которые действуют против создателей контента, заинтересованных в принятии этого закона».

Еще одну проблему, на которую указывает Дистель-Атбарян, она видит в освещении работы комиссии: «Орган, судьбу которого в экономическом плане мы сейчас обсуждаем, освещает работу комиссии, и он не заинтересован в результатах работы комиссии. Они выпускают сюжет о том, что режиссеры и создатели якобы очень недовольны комиссией и не хотят этого закона, и показывают фрагмент, где они выступают против закона. Но речь идет об одном из деятелей искусства, который говорит о ситуации до принятия закона, а тот фрагмент, где он просит как можно быстрее принять этот закон, они вырезали. В итоге создается впечатление, что и создатели контента выступают против закона. Вот в чем сложность работы комиссии, когда объект обсуждения одновременно является тем, кто ее освещает».

Отвечая на вопрос о сопротивлении судебной системы этому закону, Дистель-Атбарян говорит: «В элитном клубе каждый защищает друг друга. Я говорю о судебной системе, высшем руководстве израильских СМИ и высшем руководстве системы безопасности. Это священная троица, и каждая сторона защищает две другие. Заместитель юридического советника правительства отказывается садиться за стол переговоров с Министерством коммуникаций для выработки договоренностей. Это происходит постоянно, но при этом заместитель юрисконсульта все время говорит: сначала остановите работу комиссии - и только потом я буду готова разговаривать».

Относительно же утверждений, что закон должен был рассматриваться в комиссии депутата Кнессета Давида Битана, она заявляет: «Для корпорации тоже создавали отдельную специальную комиссию. Это сейчас самый разветвленный, самый сложный и самый объемный закон. Он не может быть просто еще одним законом среди множества других, рассматриваемых в экономической комиссии. Когда создавали корпорацию, это было очевидно, но сейчас, когда министр коммуникаций просит создать специальную комиссию, те же самые люди вдруг выступают против. Все окрашено, все продиктовано позицией».

«Это закон, который сделает и для пользователей, и для производителей медиа систему более дружелюбной, более удобной и значительно более дешевой. Здесь нет никакого вмешательства политиков в контент. Я очень надеюсь, что мне удастся провести этот закон. Это непросто. Я не знаю, сколько времени это займет, но я полна решимости довести это до конца», - подытоживала Галит Дистель-Атбарян.