Вчера вечером, 14 февраля, во время брифинга для журналистов, председатель законодательной комиссии Кнессета, депутат Симха Ротман («Ха-Ционут ха-Датит») заявил, что если оппозиция согласится начать настоящие и серьезные переговоры по судебной реформе, инициированной министром юстиции Яривом Левиным, – он согласится пойти на «существенные компромиссы».
Причем, степень и значение компромисса со стороны коалиции будет определяться именно «поведением» оппозиции: «Чем больше депутатов Кнессета от оппозиции окажут активную поддержку реформе, тем больше компромиссов может быть достигнуто», - указал он.
По словам председателя законодательной комиссии Кнессета, «суть реформы в том, что народ выбирает судей. Это – принцип, которым руководствовались инициаторы реформы. Говорят, что «мы правим», потому что нас большинство. Но надо сказать правду: мои шансы оказаться в оппозиции – в будущем – очень высоки. Посмотрите, сколько лет «Ха-Ционут ха-Датит» был в оппозиции».
Далее Ротман сказал, что его подход к реформированию судебной системы отличается от подхода Левина по ряду вопросов: например, в отношении «стандарта разумности», который будет отменен в соответствии с версией законопроекта Левина.
«Моя цель – власть в единстве с общественностью, и единственный способ сделать это – диверсифицировать суды», - заявил он, добавив, что никогда не обсуждал реформу с премьер-министром Биньямином Нетаньяху, который, как ранее сообщал Аруц 7, получил запрет на публичное высказывание о предложении президента страны, Ицхака Герцога, выступить посредником в переговорах.
Ротман также сказал, что не нарушил просьбу президента о том, чтобы закон не продвигался на период, позволяющий провести переговоры по этому вопросу: «Президент не просил не продвигать закон. Он говорил только о первом чтении, и действительно, голосование в первом чтении на пленарном заседании состоится не раньше следующего понедельника [20 февраля]».
Он также объяснил, почему важно не откладывать принятие закона о судебной реформе. «Этот закон – важен. Еще до выборов, в коалиционных соглашениях, и даже после выборов мы всегда говорили, что судебная реформа является нашим первоочередным требованием. Было бы пощечиной избирателям, если бы мы остановили закон. Требование Лапида – это политическое требование оппозиции, гоняющейся за политическим достижением. Я не поддамся шантажистам, протест которых – чисто политический. Я готов встречаться с экономистами, с юристами, но не буду участвовать в политической игре оппозиции».
Отвечая на вопрос о том, почему правые не проводят демонстрации в поддержку реформы? – Ротман сказал, что «есть много билбордов правого толка, но самая большая демонстрация правых – это действия правительства и коалиции. Я получаю достаточно цветов, чтобы заполнить ими парк Яркон. Половина работы службы безопасности, которую приставили ко мне, это состоит в том, чтобы держать подальше людей, которые хотят обнять меня за продвижение реформы».
«Я живу в отдаленном месте, поэтому протестую вне дома. Я не получал угроз физической расправы, однако вдоволь наслушался ругани в социальных сетях, включая «посылку» от иранских ботов, загружающих видео со мной и оппозицией с целью усилить конфликт в стране», - указал он.