Белый дом. Иллюстрация
Белый дом. ИллюстрацияFlash 90

Официальный представитель Белого дома отказался комментировать сообщения, появившиеся минувшей ночью, с 7 на 8 апреля, в СМИ о том, что российские хакеры (или, «работающие» на Кремль) сумели использовать уязвимость в компьютерной защите Госдепартамента США и Белого дома.

«Застрельщиком» стал телеканал CNN, первым сообщив о проникновении хакеров из России в компьютерную сеть Белого дома, где те получили доступ к незасекреченной, но ценной, информации – в частности, к рабочему графику встреч президента США Барака Обамы.

И хотя, как было сказано выше, Белый дом отказался комментировать сообщение CNN, представители американских спецслужб начали расследование данного инцидента. По их словам, такие «кибер-атаки» не новы для высших эшелонов власти США, но прошлый год наглядно показал, что «совершенствование защитных средств идет «рука об руку» с развитием хакерства, особенно, направляемого из России».

Говоря же конкретно об этой атаке, эксперты признали, что она «стала одной из самых изощренных, когда-либо предпринятых против правительственных систем США».

Выше говорилось, что хакеры взломали не только защиту Белого дома, но и американского внешнеполитического ведомства. Более того, проникновение в компьютеры резиденции американского президента было начато с фишинга (вида интернет-мошенничества, целью которого является получение доступа к конфиденциальным данным пользователей) электронной почты, который был запущен через е-mail Государственного департамента.

Эксперты добавляют, что взлом осуществлялся через несколько компьютеров в разных странах мира, и что хакеры умело заметали следы. Однако, как оказалось – не слишком умело: характерные компьютерные коды и ряд других деталей «обнаруженных в ходе расследования, указывают на то, что кибер-атаку осуществили российские хакеры, возможно, работающие на правительство своей страны».

Директор национальной разведки Джеймс Клэппер, подтвердив, что хакеры все же не получили доступ к секретной компьютерной сети Белого дома, признал: «Русская киберугроза – серьезнее, чем мы раньше оценивали».