Украинская газета «Факты» опубликовала шокирующие рассказы нескольких людей, оказавшихся в киевской больнице.
В Киевскую больницу скорой помощи поступили двое молодых ребят с тяжелыми травмами. У 19-летнего Кирилла Бунтова из Житомира перелом руки, многочисленные ушибы и гематомы, а лицо парня вообще превратилось в кровавое месиво. 30-летний Сергей Сикорский из Черкасской области получил перелом двух левых ребер, ушибы спины и рук. У обоих пациентов отбиты мышцы голеней и пятки, они практически не могут ходить. Оба — жертвы жестокой расправы «беркутовцев». При этом молодые люди находились далеко от боевых действий на улице Грушевского — прогуливались по Крещатику, где сейчас довольно спокойно. Кирилл и Сергей не участвовали в драках и провокациях, не держали в руках дубинки и не делали ничего противозаконного. Поэтому, когда их одного за другим взяли под руки крепкие ребята в штатском и повели к микроавтобусам, они ничего не поняли.
«Я приехал из Черкасской области несколько дней назад. Сердцем болел за Украину и хотел находиться рядом, но, когда началось противостояние на Грушевского, туда не полез», - рассказывает Сергей Сикорский, - «Стоял на морозе всю ночь, слушал, что говорят со сцены Евромайдана. Утром в понедельник пошел немного размять ноги, а заодно посмотреть на баррикаду возле ЦУМа. Как только вышел за периметр баррикады, ко мне сразу подошли несколько крепких мужчин в штатском. До этого они стояли группкой в стороне, и было видно, что кого-то ждут. Оказывается, ждут таких, как я, — тех, кто вышел за баррикаду. Ко мне подошли с двух сторон и быстро, сноровисто схватили под руки. Обыскали. Забрали мобильный телефон. Я сопротивлялся, требовал объяснений, но ни вырваться, ни получить ответа, за что меня схватили, так и не смог. Меня грубо затолкали в стоящий неподалеку микроавтобус. За рулем сидел водитель в форме спецподразделения «Беркут». Силовиков в штатском (теперь уже стало понятно, что это они) было шесть человек. На полу автобуса уже лежал избитый парень. Это и был Кирилл».
У кровати Кирилла Бунтова неотлучно дежурит его мама Татьяна. Прислушиваясь к каждому стону сына, она пытается разобрать, если тот что-то просит. Но понять слова Кирилла трудно: рот у него разбит, и говорит он с трудом. Парень приходит в себя всего на несколько минут и потом снова проваливается в сон.
«Мой сын — студент первого курса Киевского политехнического института, — вытирая слезы, говорит его мать Татьяна, - «Он очень самостоятельный и всегда принимает решение сам. Я знала, что Кирилл участвует в Евромайдане, просто всегда просила его быть осторожнее. В последний раз говорила с сыном в воскресенье вечером — он сидел у однокурсницы дома и пил чай вместе с другими ребятами. А утром мне на домашний телефон позвонила незнакомая женщина и сказала, что она сотрудница амбулатории в каком-то населенном пункте под Киевом (я не расслышала названия). Что у них находится мой сын, которого кто-то вывез в лес и избил. Что он без сознания. Мол, очнулся на секунду, смог сказать свое имя и домашний телефон и снова отключился. Медик сообщила, что сейчас приедет «скорая» и заберет Кирилла в Киев, в больницу скорой помощи. Я, конечно же, немедленно приехала сюда. А тут меня уже ждет милиция — следователи дежурят под палатой, возле ворот больницы, везде. Они пытались даже разбудить Кирилла, чтобы допросить, но я не позволила».
«Да, меня тоже пытаются допрашивать, — усмехается Сергей Сикорский. — Но это же смешно. Ведь действует одна и та же банда. Люди, которые схватили нас с Кириллом и уволокли в автобус, особо даже не скрывали, кто они. Прямо там, в микроавтобусе, меня поставили на колени, стали бить по спине и задавать вопросы: «Чьи приказы вы выполняете? Кто раздает вам на Майдане указания? Кто поджег наш автобус на Грушевского?» Что я мог им ответить? Только просил не бить меня. Тогда «беркутовцы» обозлились и сказали, что мы еще пожалеем. Нас повезли куда-то за Киев, в сторону Оболони. Остановились на окраине какого-то поселка, названия которого я не знаю. Несколько силовиков вышли из микроавтобуса и начали оглядываться по сторонам — проверяли, чтобы не было свидетелей. Остальные схватили нас с Кириллом и потащили в лес. Там разули, уложили лицом на землю и принялись избивать. Били и ногами, и руками, молотили дубинками по пяткам и голеням. Спрашивали все то же самое — про автобус, про командиров евромайдана. А потом стали просто лупить и приговаривать: «Получите, скоты, революцию. Будете знать, за кого голосовать». Продолжались эти пытки около часа. Затем «беркутовцы» уехали».
Замерзшие, истерзанные и обессиленные парни не сразу смогли подняться с холодной земли. Первым делом попытались найти свою разбросанную по лесу обувь. На это ушло много времени — ходить ни Кирилл, ни Сергей не могли. С горем пополам натянув ботинки на распухшие от побоев ноги, молодые люди попытались выбраться из леса поближе к людям. Передвигались они очень медленно — временами ползли, иногда, поддерживая друг друга, удавалось идти. Наконец увидели дорогу и стоящие на обочине домики.
«Как мы обрадовались, что вышли к людям! — вспоминает Сергей. — Наконец-то нам помогут! Но не тут-то было. Мы стучались во все дома и калитки, просили помочь, вызвать «скорую», говорили, что нас избили. Но никто не открыл. Увидев нас, окровавленных, местные жители спешили побыстрее закрыть дверь. Только один прохожий — мужчина, который гулял на улице с женой и детьми, — сжалился: показал, где находится медицинский пункт. Мы из последних сил доковыляли туда и в изнеможении просто упали на пороге. Там нас осмотрели и вызвали «скорую» из Киева. Так мы оказались здесь. Кириллу, конечно, досталось больше. Но у меня тоже ломит и руку, и спину. А к голеням вообще не прикоснешься — врачи говорят, что от ударов мышцы отошли от костей. Но, как только немножко поправлюсь, сразу же снова пойду на Майдан. Теперь я как никогда уверен, что нужно добиваться правды — иначе любого человека, как меня, нелюди смогут схватить на улице и безнаказанно избить до полусмерти».
«Это однозначно провокация», — прокомментировал ситуацию начальник пресс-службы киевской областной милиции Николай Жукович. —«Правоохранители если и задерживают, то официально, имея веские причины — например, открытое уголовное производство. А хватать людей, вывозить в автобусах в лес и бить — это совершенно негуманно. Кто-то явно хочет подставить «Беркут». Форму военную купить не проблема. Не исключено, что радикальные силы бьют своих же митингующих, просто чтобы сделать вид, что такими методами может действовать милиция».