Инвесторы на мировых финансовых рынках фактически объявили Италию следующей жертвой европейского долгового кризиса. Такое мнение высказывает директор аналитического департамента ИГ "Норд-Капитал" Владимир Рожанковский.
Как отмечает эксперт, "спекулянты на долговом рынке еврозоны продолжают "разделять и властвовать", — примечательно, что Грецию уже чуть ли не "списали со счетов".
"Несмотря на невиданный доселе накал страстей и вероятность первого в истории валютного союза выход страны из его состава по результатам повторного голосования 17 июня [на парламентских выборах], спекулятивный интерес к этой истории увядает буквально на глазах. Вместе с тем, другие страны PIIGS [проблемные государства еврозоны] одна за другой подвергаются скоординированным словесным и биржевым атакам", - говорится в комментарии.
Так, "едва премьер-министр Испании Мариано Рахой нашел в себе мужество договориться о помощи банкам в размере 100 млрд. евро (спровоцировав решение рейтингового агентства Moody’s вслед за Fitch понизить рейтинг страны и присвоить ему негативный прогноз), что остудило рынок долговых бумаг страны, как инвесторы с не меньшим остервенением набросились на Италию, фактически объявив ее следующей жертвой европейского долгового кризиса".
"В этих условиях ей предстоит сегодня размещать 3-х, 7 и 8-летние облигации общим объемом 4,5 млрд. евро (вчерашний аукцион по одногодичным векселям взвинтил доходность по ним до невероятных 3,972% — под стать нынешней доходности американских 30-летних "трежерис")", - подчеркивает аналитик.
"Спекулянтам, словно вампирам, нужны новые и новые долговые жертвы, чтобы иметь возможность сохранять приемлемый возврат инвестиций при нынешних повсеместных околонулевых ставках, однако сами жертвы далеко не безгрешны: помимо неубедительных программ сокращения бюджетных дефицитов, за прошедшие 4 года после кризиса экономические модели их развития не претерпели существенных изменений, вопросы повышения конкурентоспособности их экономик на мировой арене даже не рассматривались, а это значит, что порочная дефицитно-долговая модель по-прежнему остается в силе", — констатирует Рожанковский.