Чудо Асафа: «Я не сомневался, что вернусь к жизни»

Асаф Тургеман, боец ЯСАМ, был смертельно ранен в результате теракта в Иерусалиме – и уже признан погибшим, но…

Йоссеф Йак,

Ассаф Тургеман и раввин Рафи Фейерштейн в студии 7 канала
Ассаф Тургеман и раввин Рафи Фейерштейн в студии 7 канала
צילום: ערוץ 7

Асаф Тургеман, боец спецназа ЯСАМ, пять лет назад был ранен в результате теракта в Иерусалиме, его состояние было критическим, он много часов колебался между жизнью и смертью и почти уже был признан погибшим, но произошло настоящее чудо – и врачи спасли ему жизнь!

Однако, после этого боец обнаружил, что страдает от тяжелого посттравматического синдрома и не может обрести покой. Только программа реабилитации, которую он прошел в Институте Фейерштейна, вернула его на жизненный путь.

Асаф посетил иерусалимскую студию 7 канала вместе с раввином доктором Рафи Фейерштейном, президентом Института Фейерштейна, и рассказал о серьезной травме, которую получил на службе, противостоя террору.

«Я был бойцом ЯСАМ в мотоциклетном подразделении в Иерусалиме. В рамках террористической волны, обрушившейся на всю страну, и, особенно, на Иерусалим в 2016 году, мы отреагировали на множество событий, противостоя злоумышленникам, вступая с ними в перестрелки и отражая нападения с холодным оружием», - сказал он.

«8 марта начинался еще один обычный рабочий день. Мы получаем сообщение о перестрелке в Восточном Иерусалиме, в Салех ад-Дине. Мы с моим партнером Нати Биттоном долго не раздумывали, и стремились как можно скорее продвигаться вперед, чтобы нейтрализовать угрозу и предотвратить причинение вреда ни в чем не повинным людям», - продолжил Тургеман.

«Мы знали, что террорист скрывается, и начали прочесывание местности. Внезапно террорист открывает по мне огонь. Я получил ранение пулей в голову и ногу. С этого момента вся моя жизнь изменилась. Сначала меня объявляют мертвым, но я был доставлен в больницу, где врачи спали мою жизнь После некоторого периода реабилитации, они поняли, что, в дополнение к физическим нарушениям, есть еще и когнитивные, и поэтому разработали для меня программу «переобучения», - указал он.

В какой ситуации Вы были, когда пришли в Институт Фейерштейна?

«Я почти ничего не помню. Это значило жить с телефоном, который говорит вам, куда идти и что делать. По сравнению с тем днем, ​​я всё ещё пользуюсь телефоном, но ситуация совершенно другая».

Вы прошли кардинальную реабилитацию мозга, что происходило в институте?

«После прохождения профессиональной диагностики, каждый терапевт в своей области составляет план обучения для пациента – будь то обучение чтению, аудирование и понимание прочитанного. Есть еще и метод возвращения моей памяти. Благодаря этому, сегодня я работаю самостоятельно. Я вернулся к работе в полиции, и у меня там неплохо получается. У меня есть инструменты, чтобы справиться с ограничениями, и я справляюсь с ними довольно хорошо».

Раввин Фейерштейн, Вы даете новую жизнь раненым. Как научить мозг переосмысливать [себя заново]?

«Это именно то, что мы пытаемся делать в институте. Изюминкой фабрики является вера в человеческий потенциал. Когда вы хотите построить мост через реку, вы сначала ищите камень. Вот что мы делаем: мы определяем места, где есть возможности, а затем строим мост через травму».

«Мы прививаем стратегии, ищем основную причину проблемы. Мы пытаемся понять, как он сделал то, что сделал, и после того, как осознание разовьется, мы распространяем его на более уязвимые места. Это метод, который касается как травм головы, так и людей с различными нарушениями и даже обычных учеников. Мозг – инструмент гибкий, и мы учим его переосмысливать».

Асаф, когда Вы начали вспоминать?

«У меня всё ещё есть проблема с памятью. Есть много вещей, которые я не помню из прошлого или повседневной жизни. С другой стороны, у меня часто появляются маленькие искры, которые возникают от картинки, или запах, заполняющий мою память. Я узнал, как максимально стимулировать мозг, чтобы добиться успеха в возвращении памяти».

Вы вернулись в полицию после пережитого. Были ли у Вас сомнения?

«Я не колебался. Я довольно быстро вернулся в полицию. После смертельной травмы я вернулся к работе в течение трех с половиной месяцев. Я не сомневался, что вернусь к этой жизни. Я также получаю довольно мощную систему поддержки от Минобороны и полиции Израиля, чтобы я мог работать в соответствии с ограничениями. Есть еще группа психологов, которая сопровождает меня со дня травмы до сегодняшнего дня. У меня было огромное желание жить, несмотря ни на что. Иначе меня бы не было в том месте, где я нахожусь сегодня».

О чем Вы мечтаете?

«О дальнейшем восстановлении моих когнитивных способностей, о достижении способности учиться для получения ученой степени. И о том, чтобы постепенно ставить перед собой новые цели. Я также хотел бы участвовать в Иерусалимском марафоне».

Раввин Фейерштейн, когда вы видите, что Асаф сидит здесь и улыбается, что приходит Вам в голову?

«История Асафа – это история силы воли, которая преодолевает самые серьезные травмы. Сидящий здесь мужчина строит дом, у него есть дети, возвращается в полицию, красноречиво говорит. История Асафа волнует меня, ибо он хочет, чтобы тысячи ваших зрителей знали, что есть надежда...».