Ночь у берегов Газы:
«Мы встретили террористов, получивших деньги за убийства»

10 лет спустя, старший сержант Н., один из группы спецназа, захватившей паром «Мави Мармара», вспоминает о произошедшем инциденте

Йоссеф Йак,

Инцидент на борту «Мави Мармара»
Инцидент на борту «Мави Мармара»
פלאש 90

В 10-ю годовщину знаменитого перехвата бойцами морского спецназа «Шайетет 13» кораблей «флотилии свободы», один из непосредственных участников этой операции – старший сержант (запаса) Н. – рассказал корреспонденту газеты «Исраэль Ха-Йом» о той нелегкой ночи, с 30 на 31 мая 2010 года.

Н. является шестым солдатом в команде, захватившей турецкий паром «Мави Мармара», бывший флагманом этой флотилии. По его словам, даже спустя десять лет, события этой ночи все еще остаются чувствительными для некоторых из его друзей: «Это была не первая флотилия, которую нам нужно было остановить – и ни последняя. Необычным в этой флотилии было очень большое количество моряков. До операции мы знали, что на кораблях плывут много людей, но мы не знали, что помимо боевиков, которые взошли на борт в Анталии, в Стамбуле к ним присоединились еще около 60 террористов группировки IHH. До столкновения с «Мави Мармара» мы встречались с борцами за мир, но не с террористами, получивших деньги за убийства солдат ЦАХАЛ».

Н., который также служил военным фельдшером, вспоминает: «Возможно, это всё прошло даже лучше, чем мы предполагали. В ходе военного брифинга перед заданием, мы говорили об экстремальном сценарии. Если бы мы не говорили об этом, то, вероятно, поднялись бы на борт [«Мави Мармара»] в гавайских рубашках. [Однако] мы пришли вооруженными, в бронежилетах и с огнестрельным оружием, хотя СМИ утверждала, что у нас были [чуть ли не] пейнтбольные ружья…».

В ходе интервью, Н. признался – хотя изначально не хотел об этом говорить, – что один из членов его группы был «похищен» активистами IHH, и бойцам потребовалось немало времени, чтобы понять это и найти его.

«Я только знаю, что встретил его через 40 минут и оказал ему медицинскую помощь. С момента окончания боя, через пять минут после того, как мы поднялись на борт судна – и до шести часов утра, в течение примерно полутора часов, я лечил раненых…», - вспоминает он.