Генерал Дани Битон: командиры бежали от ответственности

Генерал Битон считает, что суд не в состоянии определить, чувствовал ли Элиор Азария опасность, когда стрелял в террориста

Йоссеф Йак,

Элиор Азария в суде
Элиор Азария в суде
צילום: פלאש 90

Как и прежде, 7 канал продолжает пристально следить за ходом судебного процесса, проходящего в военном суде Яффо, по делу Элиора Азарии, застрелившего в Хевроне нейтрализованного террориста.

Ранее мы сообщали о том, что этим утром, 19 сентября, сторона защиты вызвала в суд генерал-майора запаса Узи Даяна (אלוף (מיל') עוזי דיין), заявившего, что, по его мнению, случаи оперативных нарушений в армии нельзя выносить на общественный суд.

«Тем самым, те, кто отдал распоряжение об этом, бросает тень на само расследование. Это имеет отношение к вопросу о том, почему [чисто] военный инцидент превратился в уголовное дело?», - спросил он.

«Проходящий сейчас суд наносит большой вред ЦАХАЛ», - сказал Даян, и добавил, что если со стороны Азарии и была допущена ошибка, но это «оперативная ошибка, а не преступление, за которое полагается ответственность в рамках уголовного процесса, если нет по-настоящему веской причины для обратного».

Вслед за ним для дачи показаний был вызван генералом резерва Дани Битон (האלוף במיל' דני ביטון), явившийся, таким образом, вторым свидетелем защиты.

Допрошенный по той же схеме, что и генерал Даян (сначала – показания, потом – перекрестный допрос), он сказал, что, по его мнению, только сам Азария мог определить, угрожала ли ему в тот момент опасность, и, верно реагируя, отреагировал на нее, произведя выстрел.

«Есть два компонента [принятия решения], которые позволяют открыть огонь: определенная, четкая опасность или опасность вероятная», - пояснил он. - «В данном случае, нет места для дискуссии и сомнений: террорист, ударивший ножом солдата, ясно показал свои намерения. Здесь нечего думать ни о чем ином…».

Генерал Битон продолжал свою речь, утверждая, что военный трибунал не в состоянии определить, действительно ли Азария почувствовал опасность в тот момент, когда выстрелил в террориста (בית הדין הצבאי איננו מסוגל לקבוע האם אזריה אכן חש סכנה ברגע שבו ירה).

Кроме того, он утверждал, что ведшееся расследование не было в полном смысле слова, до начала до конца, расследованием военной полиции, и указал на несостоятельность командного состава: «командиры бежали от ответственности».