Подруга жертвы террора:
“Эли - не просто жертва”

Джен Шифф вскоре собиралась помолвиться ​​с Эли Кеем. Но презренный террорист ХАМАСа убил Эли в Старом городе Иерусалима

Ян Голд,

Эли Кей и Джен Шифф
Эли Кей и Джен Шифф
Courtesy

Джен Шифф, которая могла бы прожить счастливую жизнь в супружестве с Эли Кеем, сейчас утирает слёзы из-за невосполнимой утраты. Ее любимый погиб в минувшее воскресенье в теракте в Старом городе Иерусалима.

Джен рассказала 7 каналу: “Я ощущаю сейчас любовь семьи Эли семьи Эли, больше, чем я могла себе представить. Мы живем вместе, как одна семья, даже несмотря на то, что Эли и я так и не смогли пожениться, хотя мы строили планы”.

Она добавила: “Как же я благодарна семье Эли за ​​то, что меня здесь любят. Мы здесь поддерживаем друг друга”.

Шифф говорит, что получает поддержку со всей страны.

О своём возлюбленном, с которым собиралась вскоре помолвиться, Джен рассказала: “Эли был самым добрым, милым, умным и отзывчивым человеком, которого я встречала. У него было время и место для всех, кто когда-либо в этом нуждался”

Далее она продолжила: Всё, что Эли хотел сделать - строить эту землю и кормить ее любовью. Тысячи часов он провел на полях, собирая на коленях растения. Он работал с пяти утра и на всё реагировал со смехом и радостью”.

Джен Шифф также рассказала о том, как вел себя Эли во время военной службы, будучи десантником: “Он храбро сражался, когда был в армии. У него была определенная история болезни и травм, которые не должны были позволить ему оставаться в том положении, в котором он был. Но он не обращал на это внимания. Он боролся чтобы быть там, потому что считал, что это необходимо.

Эли Кей в последнее время был сотрудником Фонда наследия Западной Стены и работал экскурсоводом в Старом городе. Он был убит недалеко от Стены Плача в Старом городе Иерусалима. Эти места он безумно любил.

Джен говорит: “Если есть что-то, что можно извлечь из произошедшего, кроме понимания того, что это трагедия, так это то, что Эли - не просто жертва. Эли был одним из самых глубоких людей в таком молодом возрасте. Я знаю, что мы одного возраста, но в 25 лет он обладал глубочайшим пониманием и умением выражать свои мысли, сочувствием и готовностью оказать помощь. Он испытывал такую ​​глубокую и такую ​​сильную любовь к этой стране и к людям вокруг. Всё, что он хотел сделать - это объединить людей в этом мире - евреев и арабов, всех, кто хотел слушать и хотел жить в согласии”.