Гринблатт не уверен, что Израиль, ПА смогут достичь мира

Бывший спецпосланник США на Ближнем Востоке выступил с первой публичной речью после ухода из Белого дома

Марк Штоде,

Джейсон Гринблатт,
Джейсон Гринблатт,
Flash 90

В воскресенье вечером Джейсон Гринблатт, бывший представитель президента США Дональда Трампа на Ближнем Востоке, выступил с первой публичной речью после ухода из Белого дома.

52-летний Гринблатт, который до прихода в администрацию в течение двух десятилетий работал юристом Трампе, выступал в Конгрегации Кетер Тора в Теанеке, штат Нью-Джерси, в современной ортодоксальной синагоге, членом которой он является. На мероприятии епроходил сбор средств на строительство мемориала Холокоста в городке, в котором проживает многочисленная еврейская община.

Гринблатт произнес длинную и проникновенную речь, в которой рассказывал о том, как его родившиеся в Венгрии родители пережили Холокост и как их истории повлияли на него. Он также осудил недавний всплеск антисемитских нападений, хотя и предостерег от того, чтобы указывать на кого-либо пальцем.

Корреспондент Еврейского телеграфного агентства (JTA) поговорил с Гринблаттом после мероприятия. Ниже приводится отредактированная версия интервью:

Какой была ваша жизнь после ухода из Белого дома?

«Я действительно наслаждаюсь этим. Я завтракаю с женой каждое утро. У меня много очень интересных встреч. Но в основном я провожу время со своей семьей, пытаюсь наверстать упущенное за три года и просто снова пытаюсь быть отцом и мужем».

Какие у вас сейчас карьерные планы?

«Я еще не знаю. Я занимаюсь консультациями. Я хочу исследовать, каковы возможности и где мои таланты лучше всего пригодятся. Но я бы хотел остаться в этом регионе. Я хотел бы участвовать в этом, насколько это возможно, и поддерживать Белый дом в той степени, в которой они продолжают работать над этим делом.

Люди признают, что сегодня Израиль и его соседи ведут дела не так, как три, пять, семь лет назад. И люди хотели бы участвовать в этом, поэтому многие люди обращаются ко мне, [спрашивая]: «Как я могу вести бизнес в Саудовской Аравии, Эмиратах, Катаре? Что для этого нужно и как мы углубляем связи между Израилем и регионом и продвигаемся вперед?»

В своем выступлении вы говорили о том, насколько хорошо вас приняли в качестве еврея-наблюдателя в арабском мире. Вас это удивило?

«Я не уверен, что был удивлен, но с каждым визитом я понимал, насколько мы похожи друг на друга, что нас разделяет и насколько они более склонны к открытости и принятию. И это не значит, что мы внезапно собираемся установить мир - это намного сложнее - но на человеческом уровне взаимодействие было удивительным. Палестинцы, саудовцы, арабы - не важно».

Вы надеетесь на мир между Израилем и палестинцами?

Я думаю, что у них есть много очень сложных вопросов, которые нужно решить. Я не знаю, придут ли обе стороны к согласию по этим сложным вопросам. Я не думаю, что кто-то может быть в этом уверен. Это сложные вопросы, по которым обе стороны необычайно разделены, и даже внутри двух обществ, поэтому я не думаю, что кто-то может сидеть здесь и говорить, что мир может быть достигнут. Но я думаю, что было бы стыдно, если бы мы не продолжали отчаянно пытаться».

Как вы думаете, вы приблизили израильтян и палестинцев к этой цели?

«Я думаю, что мы приблизились к созданию плана, к которому обе стороны должны относиться серьезно. И если они действительно потратят на это время и пообщаются друг с другом, они смогут добиться прогресса. Будут ли они это делать? Это еще предстоит выяснить».

Почему мирный план еще не опубликован? Будет ли он выпущен перед третьими выборами в Израиле?

«Я не в Белом доме, поэтому я не знаю. И если бы я знал, я бы вам все равно не сказал. Но я думаю, что они проходят анализ, который мы провели на двух последних выборах, и я думаю, что они должны принять решение. Поможет ли это представить мирный план до выборов или после выборов, или нет? Я не знаю, каковы результаты этого анализа».

Чем вы больше всего гордитесь и о чем больше всего сожалеете за время пребывания в Белом доме?

«Я больше всего сожалею о том, что я не был там для запуска [мирного плана]. Это позор, но у меня есть жена и дети, поэтому мне пришлось вернуться.

Горжусь? Я бы сказал, что, вероятно, тем, что являюсь частью решений о признании Иерусалима, переносе посольства, Голанах и, возможно, выступлением в Совете Безопасности Организации Объединенных Наций».

Ваш взгляд на возможность изменения мира?

«Я стал более оптимистичным из-за взаимодействия с простыми палестинцами и израильтянами, особенно с палестинской стороной. Обычные люди, с которыми я встречался, обычные арабы и арабское руководство - не Палестинская администрация и, конечно, не ХАМАС – вселили в меня гораздо больше надежды, чем когда я начал работать».

Что вас беспокоит в преддверии выборов 2020 года, особенно в связи с вопросами Израиля или евреев?

«Я думаю, что на этот вопрос трудно ответить, пока мы не увидим, кто является кандидатом от Демократической партии. Кандидатов много»