Нетаньяху у мемориала Рабина: «Они порочат нас»

Премьер-министр ответил на заявления левых: «Ложь, которая повторяется много раз, не становится правдой»

Марк Штоде,

Биньямин Нетаньяху
Биньямин Нетаньяху
ערוץ כנסת

Премьер-министр Биньямин Нетаньяху ответил на заявления левых о том, что он принимал участие в подстрекательстве, которое привело к убийству премьер-министра Ицхака Рабина 24 года назад.

В ходе национальной церемонии памяти, состоявшейся в воскресенье на горе Герцль в Иерусалиме, Нетаньяху сказал: «Дебаты по поводу соглашения в Осло были фундаментальными, яростными, но, прежде всего, законными и необходимыми. Что не было законным, так это называть Ицхака Рабина «предателем» или «убийцей».

«В течение лет, прошедших с момента убийства, я слышал ложные утверждения [о предателе и убийце], подобные тем, что выкрикивал в адрес Рабина фанатик из лагеря, выступавшего против Осло. Я стоял там и молчал, не отвечал и даже поощрял это. Я слышал эти слова даже здесь - рядом с могилой Рабина - прямо и неявно - почти каждую церемонию. Но ложь, которая повторяется много раз, не становится правдой».

«Вот что я сказал тогда - из-за бесчисленных смертей: нет, Рабин - не предатель. Он не прав, но он не предатель».

«Во время демонстрации на Сионской площади я сказал: «Хватит этих призывов, успокойтесь». В Кнессете за месяц до убийства я сказал: «Явление, когда израильских лидеров называют предателями или убийцами ... Такие вещи всегда были необоснованными».

«Хотя я уважал Рабина, и мне было непросто произносить эти слова, я не соглашался. Я провел с ним очень серьезные дебаты, и, кстати, не по всем вопросам. Когда он подписал мирное соглашение с Иорданией, я поддержал его. Но в отношении соглашений Осло, да, я представлял очень большую часть израильтян, которые выступали против результатов политики правительства, которые жестко критиковали правительство. В условиях демократии критика разрешена и даже необходима. Нет партии, которая была бы выше критики, и я говорю то же самое о проблемах в сегодняшних заголовках. Критика не представляет опасности для демократии».

«Что-то еще, произошедшее 24 года назад - попытка намеренно связать весь лагерь с действиями радикальной фракции. Такие призывы – «предатель», «предательство», призывы к убийству - слышны и сегодня. Но мне не приходит в голову, чтобы кто-нибудь винил весь лагерь, из которого происходят эти призывы».

«Ицхак Рабин поступал по совести. Я знаю это. Я знал его. Он мне тоже нравился. Первая наша встреча - почти 45 лет назад в доме премьер-министра - когда я встретил его с моим покойным отцом, я уважал его, потому что я знал, что он следует зову совести. Он считал, что соглашениям Осло нужно дать шанс. Я, как лидер оппозиции в те дни, также действовал по совести. Я представил подход, который гласил: палестинцам не должны быть переданы территории, которые будут служить плацдармом для нападения на нас, особенно когда они отказываются признать Государство Израиль как национальный очаг еврейского народа».