Теракт в синагоге Пауэй
«Я точно знал: нужно защитить детей и увести их»

Рабби Исраэль Гольдштейн, раненый в результате теракта в синагоге в Пауэй, вспоминает о случившимся в тот апрельский день

Йоссеф Йак,

Раввин Исраэль Годельштейн
Раввин Исраэль Годельштейн
צילום: אלירן אהרון

Рабби Исраэль Годельштейн, раввин общины ХАБАД города Пауэй, расположенного примерно в 40 км к северу от Сан-Диего (штат Калифорния, США), возвращается памятью к моменту теракта, в результате которого сам был ранен; кроме того, 19-летний террорист Джон Т. Эрнест убил 60-летнюю Лори Гилберт Кей, и ранил еще троих человек.

Согласно уточненной информации, раненные девочка и ее дядя – израильтяне, проживавшие ранее в Сдероте.

Полиция сообщает, что террорист открыл огонь по верующим евреям из полуавтоматической штурмовой винтовки AR-15, после чего попытался скрыться с места преступления на автомобиле, но был пойман в ходе погони.

«Это было действительно внезапно – и продолжалось несколько коротких мгновений, и я увидел террориста лицом к лицу и понял, что он хочет убить меня!», - рассказывает раввин Гольдштейн.

По его словам, в те секунды он ясно и однозначно помял, каким будет его следующее действие: «Я слышал голоса детей, играющих позади меня, и я точно знал, что мне нужно делать: защитить детей и увести их туда, где они будут защищены».

Полностью интервью с раввином Гольштейном можно посмотреть, перейдя по этой ссылке.

Напомним, что ночью, с 28 на 29 апреля, президент Трамп позвонил раввину Гольдштейну, который в то время находился в больнице. По сообщению агентства Jewish Telegraphic Agency, разговор длился от 10 до 15 минут, в ходе которых президент выразил сочувствие от имени всего американского народа, и рассказал о своей любви к миру, иудаизму и к Израилю.

«Это было восхитительно, я раньше никогда не разговаривал с президентами», - сказал рабби Гольдштейн.

«Я спросил его, что он делает против антисемитизма. Он сказал мне: «Мой зять – еврей, дочь – еврейка, мои внуки – евреи. Я люблю Израиль и поддерживаю его. Я «открыл» Голанские высоты и ​ перенёс посольство. Моя любовь принадлежит еврейскому народу». Я никогда не слышал, чтобы президент так говорил, с таким искренним, высоким чувством».