Бени Бегин: это – вредное и глупое предложение

Этим утром в парламентском комитете разгорелась бурная дискуссия вокруг предлагаемого закона о смертной казни. Прямая трансляция

Йоссеф Йак,

Бени Бегин
Бени Бегин
צילום: פלאש 90

Этим утром, 14 ноября, члены парламентского комитета по законодательству ведут бурную дискуссию вокруг вынесенного на обсуждение закона о смертной казни для террористов.

7 канал предлагает своим читателя прямую трансляцию с заседания, посмотреть которую можно, перейдя по этой ссылке.

В частности, председатель комитета, депутат Кнессета Нисан Сломянски («Бейт ха-Иегуди») сказал: «Закон давно находится в «портфеле» нашего комитета, но по просьбе премьер-министра мы ждали заседания кабинета министров. Как только он отозвал свою просьбу о проведении обсуждения в кабинете министров, мы начали обсуждение…».

Депутат Кнессета Одед Форер («Исраэль Бейтейну»), один из инициаторов закона, сказал на слушании, что закон был предназначен для сдерживания, а не для мести.

«Мы – оборонительная демократия, и мы стремимся ввести смертную казнь не для мести, а как сдерживающий фактор. Смертная казнь должна быть установлена ​​как виселица, предупреждающая убийцу [о том, что его ждет], и дело в том, что англичане не повесили какого-либо на Земле Израиля. В любом случае, когда есть преступление, в соответствии с которым полагается смерть, я прошу, чтобы в состав группы входили трое судей… и если они решают большинством 1: 2, что смертная казнь должна быть назначена [преступнику], то так тому и быть», - указал он.

Депутат Кнессета Бени Бегин («Ликуд») выразил несогласие с законом и косвенно напал на министра юстиции Айелет Шакед: «Что такое коалиционное соглашение, если оно не было принято министерским комитетом? Было принято решение о создании правительственного комитета для обсуждения законопроектов. Эта процедура очень странная, и я её не помню».

«Я огорчен тем, что мои коллеги Илатов и Форер делают такое предложение, связывая его с условиями, которые существовали здесь 75 лет назад, перенося те реалии в реалии сегодняшнего дня и суверенного государства, которые совершенно разные. Выражения воли народа или суверенитета – не новы, и та, кто любит их использование, является министром юстиции. Воля народа выражается на выборах, в выборах Кнессета, а те, кто доверяет правительству, - это Кнессет, а не широкая публика», - продолжил он.

«Тридцать лет прошло с тех пор, как я пришел в Кнессет, и я – против этого закона, и я не изменю своего мнения. Может быть, сегодня ситуация изменится, и воля народа изменится, но это – вредное и глупое предложение, и я буду голосовать против него», - пообещал Бегин.

Депутат Кнессета Михаль Розен («Мерец») присоединилась к заявлению Бегина, сказав, что «правительство парализовано политически и военным образом, и играет в Кнессете каждую неделю всё более экстремистскую роль… Массовая коррупция, которая происходит здесь, главным образом в этом комитете, подтачивает установку о том, что Израиль должен быть светом для народов, ведя нас морально и морально всё ниже и ниже. Смертная казнь должна быть исключена из израильских законов, смертная казнь –это трусость».

Председатель партии «Мерец», депутат Кнессета Тамар Зандберг заявила в ходе дискуссии по законопроекту, что «само существование прений по этому предложению является пятном на Кнессете... В то время, как весь западный мир понимает, что это – варварский закон, мы проводим эту позорную дискуссию. Среди нас есть марионетки, пустых марионетки, чтобы продвигать крайние и безответственные законы в комитетах».

Адва Битон, мать Адель Битон, которая была убита в результате теракта, была выведена из зала заседания после того, как прямо заявила: «Если бы это был ваш ребенок, вы бы поступили иначе».

«Террористов не убивают в террористических актах, они остаются в живых, и потом вы их кормите и содержите в тюрьмах. Настало время уважать волю людей, которые хотят убить террористов во имя жизни», - добавила она.