Либерман:
Беннет понятия не имеет, где Хан аль-Ахмар

Министр обороны обвиняет лидера «Бейт ха-Иегуди» в незаконном использовании бедуинской деревни в политических целях

Марк Штоде,

Авигдор Либерман
Авигдор Либерман
צילום: אריאל חרמוני, משרד הביטחון

Министр обороны Авигдор Либерман на открытии еженедельного заседания фракции «Исраэль Бейтейну» в понедельник набросился с обвинениями на министра образования Нафтали Беннета.

Либерману задали вопрос, как, несмотря на его заявление о том, что он выступает против продолжения существования незаконной деревни бедуинов Хана аль-Ахмар на ее нынешнем месте, вчера в кабинете он проголосовал за задержку эвакуации форпоста.

«Я не знаю, известно ли людям, что первая палатка появилась в 1974 году, пять палаток были построены в 1976 году, за два года до того, как я иммигрировал в Израиль, а сегодня насчитывается около 150 жителей, десятки палаток, зданий и лачуг. Никого эта проблема не заботила, пока я не поступил на работу», - сказал Либерман.

На вопрос, почему он не возражал против задержки, как это делали министры Нафтали Беннет и Айелет Шакед, Либерман ответил, что «министр Беннет понятия не имел о эвакуации Хана аль-Ахмара до вечера субботы. Он не вмешивался, он не вносил в это свой вклад. Он, как всегда оттягивает поездку, думаю, что Беннет превосходит в одном - он использует все события безопасности в политических целях».

«Понятно, что министр Беннеттизо дня в день занят политикой, а безопасность его не интересует. На лицо циничная эксплуатация каждого события безопасности в политических целях. Он не имеет никакого отношения к Хан аль-Ахмару. Он даже не знает, где он находится. К сожалению, все эти автостопы только мешают», - добавил Либерман.

Относительно его вклада в еврейское строительство в Иудее и Самарии, Либерман сказал: «Мы теперь одобрили [строительство] 31 квартиру, одобрили два детских сада и детские сады в еврейском квартале Хеврона. Никто никогда не видел еврейского символа в муниципальном квартале Хеврона. В этом году у них впервые появился муниципальный символ».

«Все проблемы, которые только были в Иудее и Самарии, - внезапно исчезли. Вы помните Мигрон, Амону, все вопросы о домах Драйноффа, о той же стене безопасности напротив Гилазона в Бейт-Эле, минном поле в Карней-Шомроне - ничего не осталось, все решено. Я думаю, что дело Хан аль-Ахмара является классическим, поскольку оно касается лишь циничной эксплуатацией обстоятельств в политических целях. Их вклад отрицательный, они создают только шум и только вмешиваются в работу. Как только кабинет одобрил его, как я уже сказал, это стало необратимым процессом, и мне не нужно, чтобы они помогали мне, нужно, чтобы они просто не вмешивались».

Беннет ответил на замечания Либермана: «Я хорошо помню район Хана аль-Ахмара из ночных отрядов в подразделении коммандос, в те дни, когда у Израиля был правый министр обороны, который сдержал свое слово».