IsraelNationalNews.com


Ася Энтова
Развеять страхи и мифы

Это последнее обострение террора, когда арабы из Газы при помощи воздушных змеев и шариков уничтожают наши поля и леса...

Ася Энтова,

Оружие кайт-террора. Иллюстрация
Оружие кайт-террора. Иллюстрация
צילום: רשות המעברים במשרד הביטחון

, привело в замешательство нашу армию и возбудило в некоторых израильтянах ощущение безнадежности.

Но мне оно напомнило проблемы, вставшие перед израильтянами ровно 30 лет назад - во время кампании арабского террора 88-90-х годов - так называемая «первая итифада». Детишки бросают камешки - ну что армия может сделать с этой массой малолетних убийц? Не убивать же их, не ломать им действительно руки и ноги, как призывал тогда министр обороны Ицхак Рабин. Ситуация в чем-то сходная с нынешним армейским бессилием против шариков-убийц. Истерическая реакция Рабина в то время только ухудшила ситуацию, и многим казалось, что выхода нет, а, поди ж ты, все бесследно рассосалось к нашему приезду - прибытию Большой алии 90-х. Пережили евреи камешки, летящие в лобовое стекло, как ранее пережили фараона, значит переживем и взрывающихся воздушных змеев.

И вот приводя этот пример и наблюдая реакции многих моих совсем не левых собеседников, я убедилась, насколько левакам удалось промыть всем мозги и внедрить в общественное сознание миф о том, что всплеск арабского «камнеметательного террора» закончился победой арабов и соглашением «Осло». Не только в Википедии (русской, английской и ивритской), но и во многих достаточно информированных и сбалансированных источниках фигурирует утверждение, что »первая палестинская интифада» завершилась в 1993 году подписанием Соглашений Осло и созданием Палестинской автономии, то есть, подразумевается - полной и безоговорочной победой арабов. Думаю пришла пора развеять этот вредный миф.

Лишь немногие репатрианты, как те, кто приехал в 90-92-м годах, помнят, что к этому времени «интифады камней» уже не существовало в реальности, хотя воспоминания о ней были еще очень живы и мы слышали о ней от «ватиков». Мы лично купили машину в 91-м году, и я много ездила на ней, в основном по Иудее и Самарии. Во-первых, мы поселились в Самарии, у меня было свободное время и мне было все интересно. А, во-вторых, я была тогда начинающим водителем и предпочитала практиковаться в езде по Рамалле, а не по Тель-Авиву, как с точки зрения напряженности дорожного движения, так и с точки зрения наличия в центре и отсутствия в Иудее-Самарии придирающихся дорожных полицейских.

«Первая интифада» захлебнулась не принеся арабам Иудее и Самарии ничего, кроме нищеты. Евреи, прежде охотно покупавшие дешевые арабские товары, стали бойкотировать арабский бизнес. А силовые структуры ограничились изобретением технических средств обороны - решетки на машины, пластиковые стекла, защищенные автобусы, объездные дороги. Но помогли в основном не эти средства защиты, а такие «странные вещи», как субъективное мнение евреев, что это - наша земля.

Евреи не перестали ездить по Иудее-Шомрону, хотя и перестали покупать у арабов. Жители еврейских поселений устанавливали на машине не только решетки или пластиковые окна, но и большие флаги Израиля. Обзавелись личным оружием. После вопиющих случаев, когда арабские камни приводили к серьезным жертвам, еврейские соседи заходили в арабские деревни и стреляли по бойлерам (армия тогда еще так быстро не мобилизовывалась на защиту арабов). Еврейское население Иудеи, Самарии и Газы продолжало расти.

В 92-м и начале 93-го года я каждый день ездила на работу через всю Калькилию, и единственное происшествие, которое случилось со мной там за все это время, - арабы бесплатно поменяли мне лопнувшее колесо.

Не только шоссейные дороги были спокойны - мы и в Шхем заезжали посмотреть на старый город. Да, к сожалению, не обошлось в те годы без нескольких терактов (кстати, в Википедии о них даже не упоминают), но на фоне предыдущих (и, особенно, известных нам сейчас тяжелых последующих) лет такая ситуация ощущалась как полное спокойствие.

Отступление Израиля и заключение «норвежских соглашений» явилось следствием ПОРАЖЕНИЯ арабов, а не их победы. Арафат пошел на этот позорный для него договор с сионистами и лже-признание Израиля именно потому, что оказался в безвыходной ситуации. Он сидел без денег и покровителей в Тунисе, после того, как сами арабы не простили ему поддержку иракского вторжения в Кувейт.

Мы должны бояться арабов не тогда, когда они сильны, - тогда мы, евреи, чувствуем опасность и объединяемся против них! Мы должны бояться арабов тогда, когда они СЛАБЫ и находятся в безвыходной ситуации. Именно тогда, когда мы их не боимся и расслабляемся, различные интересанты под лозунгами «мира и гуманизма» пытаются заключить с ними сделку и вернуть себе власть, которую честным путем «отступленцам из Эрец Исраэль» не получить никогда. Это и стало причиной «договора Осло» - еще до выборов 1992 года Перес и кампания в обход израильского закона о запрете на контакт с террористами договорились с представителями ООП (считавшейся тогда террористической организацией) о взаимовыгодном разделе власти. Левым - в границах Израиля до Шестидневной войны. Ооповским бандитам - сначала в Газе и Йерихо, а потом и во всей Иудее-Самарии. Перес и его Авода получали голоса арабов-граждан Израиля, ранее бойкотировавших выборы. Арафат - власть, землю, оружие и деньги. (Подробное разъяснение политики «Территории в обмен на власть» см. в одноименной статье Виктора Фульмахта)

Не надо быть пророком, чтобы понять, что нынешняя волна воздушно-змеиного террора захлебнется в бедствиях, вызванных их собственными действиями. Другой вопрос, достаточно ли арабы слабы сейчас, чтоб нам приходилось всерьез опасаться очередного договора о нашем отступлении (например, предлагаемого Трампом), который, как всегда, ограничит только нас? Для этого у арабов Иудеи, Самарии и Газы должен быть единый и сильный лидер, слабого они за такое съедят. Думаю, сегодня скорее следует опасаться у них хаоса безвластия...

Автор: Ася Энтова, директор портала «Русские Евреи», редактор аналитического сайта «Хроники Иерусалима».

Источник: страница автора в социальной сети Facebook

Стилистика, орфография и пунктуация автора сохранены.