«Мы не сломаемся под международным давлением и угрозами»

Ципи Хотовели: «Ни один европейский лидер не убедит нас совершить самоубийство»

Ян Голд,

Ципи Хотовели
Ципи Хотовели
צילום: הדס פרוש, פלאש 90

Заместитель министра иностранных дел Ципи Хотовели дала интервью 7 каналу.

Начала она с того, что назначение Дани Даяна, которого Бразилия так и не приняла, как посла Израиля, консулом в Нью-Йорк, «более значимо, чем если бы он стал послом в Бразилии».

- Но ведь консул имеет гораздо меньшее влияние, чем посол?

- Несмотря на большое значение Бразилии, в конечном счете, невозможно игнорировать, что Нью-Йорк является  финансовый и деловой столицей мира. И у Даяна теперь есть возможность влиять на страну, с которой у нас налажено самое важное стратегическое партнерство. Дипломатический громкоговоритель, как я бы выразилась, Дани Даян будет слышен гораздо громче из Нью-Йорка. Иерархия в МИД очень ясна. Генеральный консул в Нью-Йорке эквивалентен послу в большом и важном государстве.

- Что можно сказать о назначении в Бразилию? Будет ли еще одна попытка назначить  посла в эту страну в ближайшее время ?

- Прямо сейчас нет никакого решения по этому вопросу. Мы работаем над ним. Это был принципиальный вопрос. Государство Израиль хотело дать понять, что неприемлемо со стороны Бразилии отклонять кандидатуру посла только из-за того, что он имеет опыт работы в Иудее и Самарии. Эта цель была достигнута. Возможно, в качестве кандидатуры посла будет предложен человек, являющийся символом поселений.

- Судя по вашему ответу, нет никакого плана , чтобы заполнить должность посла в Бразилии на данный момент?

- Вполне возможно, что, на данный момент, мы не заинтересованы в этом. Мы можем позволить продолжаться нынешней ситуации, чтобы продемонстрировать, насколько это серьезный для нас вопрос, насколько мы неприемлем отклонение кандидатуры нашего дипломата из-за его работы в Иудее и Самарии.

На прошлой неделе Совет ООН по правам человека принял еще одну антиизраильскую резолюцию - на этот раз о создании черного списка предприятий, которые поддерживают общины в Иудее и Самарии. У нас была дискуссия по этому поводу в МИДе. Мы вырабатываем ответ и ждем  от Совета по правам человека в Женеве список предприятий.

- Как вы боретесь против такой дискриминации?

- МИД уже начинает оказывать давление на коммерческие организации и должностные лица США, чтобы объяснить, что это не просто часть международного движения BDS, и что мы не позволим этому случиться. До воплощения в жизнь этой резолюции еще очень далеко.

- Несмотря на это, кажется, что международное сообщество, и особенно ООН, действует в антиизраильской манере. И палестинцы пытаются воспользоваться этим?

- Палестинцы находятся в состоянии очень глубокого отчаяния, потому что они понимают, что потеряли поддержку в мире.. Они понимают, что не имеют больше действенных инструментов на международной арене. Мировое сообщество понимает необходимость противостоять радикальному исламскому террору. Наряду с этим происходит глубокий кризис с беженцами, нахлынувшими в Европу. Палестинцы пытаются подорвать имидж То, что они делают в настоящее время не отличается от того, что они делали в прошлом.

- Возьмем, к примеру, вопрос солдата ЦАХАЛа в Хевроне. Его действия вызвали отрицательную мировую реакию?

-  Вряд ли. Единственной реакцией был фурор, поднявшийся в Израиле. Миру гораздо менее интересно обсуждать этот инцидент. И так происходит во многих случаях. Я называю это «домашней пропагандой»

- А как насчет Европы, которая пытается вмешаться в отношения между нами и палестинцами?

- Страны должны говорить на языке интересов. Ни один европейский лидер не убедит нас совершить самоубийство. Мы не допустим, чтобы радикальный исламский террор атаковал Израиль.

- А французская инициатива? Есть ли у нее шанс?

- Французская инициатива столкнулась с очень активной оппозицией со стороны США. Она не имеет перспектив. Это, скорее, попытка Франции, получить некоторый контроль на Ближнем Востоке, чем усилия, чтобы изменить реальность.